Воспоминания ветеранов Великой Отечественной Войны

Шкепов Алексей
Прокофьевич

22-го июня 1941 года нашу часть подняли по тревоге и объявили, что началась война. Все предвоенные годы нам твердили, что мы будем бить врага малой кровью, на его территории, и мы свято в это верили. Но жизнь показала иное… А со мной эта вера даже сыграла злую шутку. Все свои документы – справки, аттестаты и прочее, я хранил в маленьком сундучке в казарме. Когда объявили начало войны и нас подняли по тревоге, я даже не стал брать его с собой, наивно полагая, что к вечеру мы разобьем врага и вернемся в казарму…

Никитин Николай
Егорович

Надо было брать языков, собирать данные о противнике. Языков надо было провожать в штаб дивизии, а это несколько киллометров в тыл. Ходили напрямик зачастую без дорог. По лесу или полям, а языка надо было привести в целости и сохранности и сдать в штаб дивизии. Противник отступал, его пехота отходила, оставляла свои позиции, траншеи. Там могла остатся засада. Мы шли впереди и проверяли. Однажды наш капитан сказал, что ему нужен человек. Кто со мной пойдет? Вызвался я. Он говорит, есть данные, что здесь немцы --- надо проверить.

Вахутина (Сербиенко) Мария Васильевна

Мне особенно запомнилось, когда наш главный врач из операционной выгнала. Это первый раз пригласили: Иринку, ещё старшую сестру, меня. И Берта Владимировна – ведущий хирург. Она ампутировала ногу, при этом объясняла, рассказывала. Уже закончила всё, а я как раз стояла с той стороны стола: «Закончила, Муся. Возьми и сзади тебя куда положить». Я же ведь не дотронулась, а она как крикнет: «Вон из операционной!» Это я сделать не смогла, как? Отрезали, а мне её надо брать в руки.

Вахутин Виктор
Александрович

Когда образовывалось Курская дуга, наша бригада воевала внутри, в самой северной макушке мешка. Я получил задачу отходить оттуда северо-западнее Фатежа, в район деревни Самодуровка. Оборудованных рубежей там не построили, поэтому пришлось срочно укрепляться и маскироваться самим. У меня две машины, а горючего нет. Я пошёл от батареи сюда - на выход из «мешка». Говорю своим: «Ребята надо как-то доставать горючее».

Поляков Александр
Михайлович

Автомат у немцев хороший был, понимаешь. Удобный очень. Песка боялся, да наш тоже приходилось постоянно прятать. Зато магазины рожками. Они плоские. Их напихал полные сапоги — вот тебе и подсумок. Удобно. Я к тому времени снова в разведке был. Я же всю войну почти командиром разведвзвода был. Так мы в поиск только немецкие автоматы и брали. И по звуку непонятно, кто стреляет, и веса в них мало. Наши уж очень тяжеленные были. Патронов в нашем побольше, так у него и скорострельность повыше. А из немецкого можно запросто одиночными стрелять. Приноровиться надо только.

Рубанов Павел
Максимович

Прошло не более тридцати секунд, как по тому месту, где я раньше стоял, ударила одна пуля, за ней вторая. Майор в это время от меня находился метрах в пятидесяти, наблюдая за лодкой. Немного времени прошло, как я услышал треск на воде. Лодку, на которой переправлялся Чередниченко, пробило пулей и все, кто был в лодке, оказались в воде. «Прощай, друг!», - подумал я. Секунд пятнадцать еще торчал над водой нос лодки. Связист как сидел сзади с тяжелой катушкой, так и ушел на дно. Связиста я, к сожалению, даже и в лицо не видел.  

Анцыфорова (Чумакова) Раиса Олимпиевна

Здесь мы стояли, пушки, танки – всё сзади нас было. Это была вся артподготовка, все эти снаряды «катюш», всё это через нашу голову пролетело. Потом, когда кончился артналёт, мы вызвали самолёты, они начали бомбить, потом пошли танки, а уж за ними пошла пехота. А после этого пошли обратно раненые. Раненых много шло. И мы как раз помогали: тут полевой госпиталь недалеко был. Кто сам шёл, кому надо было помочь – вот так работали на передовой…

Носков Михаил
Михайлович

А там же болота одни. В траншее постоянно воды по колено. Но так в этой жиже и жили. Вшей море. В туалет в эту жижу и ходили. А потом, чтобы не сильно воняло, саперной лопаткой свои сюрпризы на нейтралку забрасываешь. После лопатку кое-как протрешь, помоешь в этой жиже — и картошку на ней печь. Как на сковороде. А она мерзлая, полугнилая — растекается, как размазня, по всей лопате. И ничего. За милу душу рубали. Потому как совсем жрать нечего. Горсть пшена дадут — уже праздник. Шел добровольцем, чтобы с голоду не помереть, а тут не лучше оказалось.

Сегодня день рождения, 21 Января

http://stopgepatit.net