Мобилизация и война с Японией

Шел 1944 год. Советские войска вели наступательные бои, полностью освобождая территорию Украины, осуществляли разработанную Генеральным штабом план-операцию «Багратион» по освобождению территории Белоруссии, развернули наступление войск Ленинградского и Прибалтийских фронтов.

Ежедневно, рано в 6 часов утра мы колхозники собирались в конторе колхоза, слушали Советское информбюро, голос Левитана, который сообщал о сокрушительных победах наших вооруженных сил на всех фронтах, об освобождении городов и населенных пунктов. Надо представить, как мы радовались таким сообщениям.

В то время я работал в колхозе, с матерью пасли колхозную отару овец. 29 августа утром председатель сельского совета Ильин Даши Николаевич в конторе собрал нас, ребят 1927 года рождения и сообщил, что нас будут призывать в Советскую Армию. Узнав об этом, мать моя сказала, что меня могут не взять, так как я был ростом мал и после болезни еще не совсем здоровым. После окончания уборочных работ на полях колхоза, первым из наших ребят призвали Володю Константинова. Из нашей Алари он был один. Его направили в морскую пехоту Тихоокеанского флота. После него через неделю 27 октября мы получили повестки и на следующий день поехали в Голуметский райвоенкомат на медкомиссию. Когда проходили комиссию, все переживал, что меня могут не взять - был ростом маленький и худой, поэтому пошел последним. Когда рост оказался ниже 150 см я встал на цыпочки. Старшина-фронтовик с раненной рукой посмотрел на меня и шепотом спросил: «Ты, что на фронт хочешь, что ли?». Я ответил тоже шепотом: «Да хочу, у меня на фронте старший брат погиб». Он тогда, ни слова не говоря, отметил: «Годен». Затем на весах я не дотянул до 50 кг. Он тут же записал, что я годен. Затем я пошел к врачам, они прослушали, осмотрели, спросили, на что жалуюсь, я ответил, что ни на что не жалуюсь. Врачи признали меня годным. Домой приехал, сказал матери, что комиссию прошел, здоров. Мать ничего не сказала, она знала, что я болезненно выгляжу после болезни и недоедания.

Через три дня утром мы уезжали на трех подводах, на санях. В тот день с утра шел пушистый снег, было тепло. Нас уезжало 12 человек: я, Михаил Васильев, Дугар Иванов, Евгений Папуев, Батор Степанов, Володя Балтыров, Василий Степанов с Бадахана, Саша Елаев с Курката, Николай Басанов с Жалгая, Борис Тархаев с Ныгды, Володя Махачкеев, Батор Степанов. Сопровождал нас Буда Павлович Иванов, отец Дугара. Когда к вечеру приехали в Черемхово, нас встретил представитель военкомата, он нас построил и бегом погнал на железнодорожный вокзал, сразу посадили нас в вагоны и отправили в Иркутск. Утром мы были в Иркутске. На пересыльном пункте нас распределили и на следующее утро посадили в вагоны и отправили на станцию Мальта. Здесь нас встретил представитель воинских частей. Я, М.Васильев, Д. Иванов, Е.Папуев, А. Елаев, Н. Басанов и Б. Степанов были зачислены в одну батарею 21 запасного артиллерийского полка. Мы с Мишей Васильевым - наводчиками 76 мм. Орудия, остальные ребята были определены заряжающими и подносчиками снарядов. С утра до обеда занимались в классах, изучали стрелковое оружие, винтовки, автоматы, гранаты, пулеметы и 76 мм орудие по чертежам на плакатах. После обеда занимались в артиллерийском парке, изучали материальную часть 76 мм орудия, учились наводить орудие по заданным целям. К весне 1945 года готовились к практическим стрельбам, вырабатывали умение вести себя на поле боя, как в наступлении, так и в обороне. В конце марта ходили на учение, учились подбивать танки гранатами и бутылками с горючей жидкостью. В конце апреля поехали на артиллерийское стрельбище. Стреляли из пушек с закрытой позиции по три снаряда по заданным целям, отстрелялись на «хорошо».

На западе наши войска уже штурмовали фашистское логово г. Берлин. А на востоке против СССР, в течение всей Великой Отечественной войны, была нацелена наиболее сильная и технически оснащенная группировка японских войск - Квантунская армия. В то время в составе японской группировки насчитывалась более одного миллиона солдат и офицеров, армия была хорошо оснащена технически. Кроме того большой военно-морской флот. Японцы часто нарушали наши сухопутные и морские границы, особенно в начале войны с Германией. Провокационные нарушения границы были почти каждый день.

Мы все знали, что будем участвовать в войне с Японией, об этом открыто говорили наши командиры. Поэтому мы знали, что наш фронт на востоке и готовились очень тщательно.
И вот, 9 мая перед обедом построили весь полк. Командир полка и его заместитель по полит.части объявили, что гитлеровская Германия капитулировала. Все закричали: «Ура! Победа!» и началось ликование. Начальник штаба и остальные офицеры, все бывшие фронтовики, качали командира полка и его заместителя. Объявили день праздничным и после обеда многим дали увольнения до вечера. Мы пошли на станцию Мальта. Там на перроне надрывались гармони и баяны, все плясали, дробили солдатские каблуки, бренчали ордена и медали у солдат-фронтовиков, обнимались, целовались, смеялись и плакали штатские и военные, женщины в платках и косынках, все друг друга поздравляли. Потом кто-то из наших солдат сказал: «Пойдем на озеро, здесь недалеко». А на озере по берегу кое-где еще лед не сошел. Походили, посмотрели, и один из нас залез в воду и кричит: «Вода не очень холодная»! Тут мы все разделись и бросились в озеро купаться, а вода жгуче холодная, но мы все равно купались, смеялись, кричали, ведь день был праздничный, веселый, теплый, солнечный. Когда вылезли из воды все бегали, прыгали, кричали, улыбались, хотя кое-кого трясло от холода, но, тем не менее, никто не простудился. Солдаты были не те, что в первые дни службы, кормили нас хорошо, за 6-7 месяцев все подросли, окрепли, уже хорошо занимались на турнике и других физкультурных снарядах. Рост у меня был уже 160 см, прибавился в весе до 60 кг. В ту пору мне шел восемнадцатый год. На следующий день мы с утра немного позанимались, думали после обеда пойдем к пушкам в артпарк, но нам сказали - отдыхать, и дали желающим увольнительный до ужина. А после ужина мы уже знали, что завтра нас отправят на восток.

В Читу наш эшелон прибыл ночью. Сразу же разгрузились, построились и в пешем порядке пошли в сторону востока, к утру прибыли на станцию Антипиха в расположение 817-го артиллерийского полка, 293-й стрелковой дивизии, 36-й армии. На следующий день распределили по батареям, нас с Михаилом Васильевым зачислили в батарею управления топоразведчиками, а Дугара Иванова, Евгения Папуева и Батора Степанова направили на огневые батареи. На следующий день с утра начались занятия по боевой подготовке в полевых условиях, приближенных к боевой обстановке. Изучали топографические приборы, карты, решали топографические задачи. оили на полигоны, определяли ориентиры, учились по обнаруженным целям готовить боевые данные для огневых батарей. Занимались напряженно целый день до отбоя. В общем, нас гоняли как надо. Командир постоянно твердил слова А.В.Суворова : «Тяжело в учении, легко в бою».