ПРАВДА ИЗ ОКОПОВ ПОД БУДАПЕШТОМ.

Славна история России подвигами своих сынов. И из всех войн, существовавших на нашей земле, мы всегда выходили победителями. Но так ли это? История - дама капризная. И порой не всегда мы можем знать правду о том или ином событии. Лучшее свидетельство истины - рассказ самого участника происходивших событий.

В период перестройки и гласности кое-что рассекретили, что-то подкорректировали, чему-то просто не придали значения. И получилась вполне сносная картинка советской эпохи. А о людях, творивших эту историю своими руками, попросту забыли. Рассказ рядового участника - не побоюсь этого слова - войны в Венгрии, стыдливо именуемого как события, яркое тому подтверждение. Подоплеку военного столкновения с мадьярами в 1956 году мы все знаем из школьных учебников и пропагандистских источников. А знаем ли мы истину из самих окопов под Будапештом? Николай Ефимович Печерский, подполковник в отставке, ветеран военной службы, воин-интернационалист - знает.

- Я был призван на военную службу в 1954 году. В школу по подготовке младших специалистов, на должность командира отдельного артиллерийского расчета. И по окончании направлен в арт. полк, который дислоцировался в Венгрии, в районе города Будапешт. До дембеля оставался один год. В наших войсках ходили слухи о возможном военном столкновении с мадьярами, но всерьез это как-то не воспринималось. Да, мы были готовы к обороне, у нас были свои укрепления и рубежи, но, не испытывая ненависти к венгерскому народу и противостоящей стороне, о какой войне можно говорить.

И вот 23 октября 1956 года нас подняли по боевой тревоге. Обычная тревога - выйти на оборонительные рубежи и занять позиции. Но не тут-то было. За ночь наш полк совершил марш-бросок в сторону Будапешта (80-90 км) и остановился в пригороде. За время перехода нашей колонне всячески препятствовали местные жители, совместно с экстримистски настроенными лицами, которые были против присутствия советских солдат на территории Венгрии. Устраивали пикеты, демонстрации протеста, но стрельбы с нашей стороны никакой не было. Но уже непосредственно в районе сосредоточения советских войск, нас начали обстреливать снайперы. А нам приказа на открытие огня никто не отдавал.

Мы видели, как покидал столицу Венгрии наш 4-й механизированный полк, который первым вошел в Будапешт. Больше половины полка остались там навсегда. На БТРах везли трупы наших ребят, многих я помнил еще по училищу. Техника помятая и сгоревшая. Вот тут-то в нас появились ненависть и злость. И уже во второй половине дня мы получили приказ войти в город Будапешт и занять оборонительную позицию. Но приказ открывать огонь до сих пор не был получен.

Город древний, улочки узкие, а колонны танков и БТРов не приспособлены для ведения боя в таких условиях. Мы стали легкой мишенью для снайперов. Стреляли в первую очередь по водителю. Одна машина крутанулась в сторону, другая - колонна распалась, образовав пробку. Наш минометный расчет шел замыкающим колонны. В кабине - водитель, командир взвода и я, а расчет, еще 5 человек сидели на боевых местах под брезентовым тентом. Вдруг наш водитель откинулся назад - достал-таки снайпер. Комвзвода приказал сесть за руль мне. Права-то у меня были, а вот практики вождения - увы, не наработал. Все, как в тумане, тут приказ по колонне - "Восстановить строй!". Крутанул руль - натыкаюсь бампером на опорную плиту от минометной установки 160 мм. Обошлось замечанием командира батареи.

Вышли на центральную площадь Будапешта (ныне, - видимо, по иронии судьбы - Дружбы), наш артполк занял боевую позицию, а то, что осталось от пехоты - пошли разоружать военные училища венгерской армии. Обошлось без сопротивления и эксцессов. А вообще, венгерская армия участия в боевых действиях не принимала. Ночью началась стрельба, но мы хорошо укрепились: окопы, ходы сообщений, укрытия. Отвечать огнем приказа нет. На следующий день в сторону наших позиций движется демонстрация с плакатами и лозунгами угрожающего характера. И из этой толпы по нам стали поливать из пулеметов, вот тогда и получили приказ на ответный огонь. Площадь быстро опустела.

Сейчас многие упрекают, что мы расстреливали мирных граждан. А мы выполняли приказы. Скольких жертв можно было б избежать с той и другой стороны, будь наши политики посговорчивее.

Через два дня мы покинули город и расположились в 10-12 км в пригороде Будапешта, район Шахшолом. Заняли огневые позиции для артиллерийской стрельбы. Тут-то начали действовать снайперы, за время нашей стоянки, за 5 дней погибло больше солдат, чем в самом Будапеште. Из моего расчета (4 человека), в живых остались я и мой наводчик.

Венгрия 1957 год (Печерский слева)

Сидим в окопах, ждем, что решат на высшем уровне. Информации никакой. Приказа вести огонь - нет. А люди гибнут от пуль снайперов. Тогда за нашими позициями расположились танкисты и засекают огневые точки противника. Заметили трассировку от пули - туда снаряд. Так продолжалось несколько дней.

В Будапешт летит на встречу с главой правительства повстанцев председатель Президиума ЦК А.И.Микоян. Принимать его отказываются, и его самолет садится на нашей военной базе.

А тем временем в самом Будапеште готовятся к серьезным военным действиям. На вокзал постоянно прибывают эшелоны с техникой и живой силой повстанцев. Разобравшись в ситуации, как говорится, на месте, тов.Микоян отдает приказ нашим войскам на уничтожение противника и подавление мятежа всеми имеющимися средствами.

Два дня шел артобстрел, в основном по вокзалам Будапешта, где скапливалось большое количество повстанцев. Приказ был - как можно меньше разрушений. После окончания операции подвели итоги. Только в нашем полку потери в людях и технике составили процентов 70. Перебросили с Украины такой же артиллерийский полк, как и наш, воссоединились - образовалось новое воинское подразделение.

Боевая задача по подавлению мятежа и установлению в стране порядка была выполнена. А вот политические казусы - не решены. Мы заняли постоянную дислокацию в городе Польгарде . Где я и прослужил до 1960 года.