Узлов Михаил Арсентьевич

А.Б.: Михаил Арсентьевич, расскажите, пожалуйста, когда и где Вы родились?

М.А.У.: Родился я в Кырчанском районе, д. Беляки, Кировской области 22 февраля 1926 года.

А.Б.: Расскажите о Вашей семье и жизни до войны.

М.А.У.: Семья у нас была, жили с мамой, бабушкой. Были у меня 2 брата, младше меня, Андрей и Аркадий - вот, собственно, 5 человек. Отец был председателем колхоза; в 36-ом году Конституция-то СССР, было собрание колхозников в конторе. Вывесили лозунг "Да здравствует Сталинская Конституция"! А он заходит на собрание и болтанул: "Да здравствует сталинская контрибуция"! И дали ему 7 лет в 36-ом году. Во время войны ему бы только освобождаться, с 36-го по 41-ый; и оттуда взяли его на фронт.

С фронта он вернулся в 45-ом году после Победы, контуженный, раненый - привезли его с сопровождающим уже, домой-то сам он не мог. И в 47-ом году он помер, а я в то время был уже в армии. Меня отпустили в отпуск повидаться с ним в 47-ом году. Я приехал, он уже лежал, не двигался, стонал только да кричал. Ну что?! Дали 10 дней, а вон, с Дальнего Востока сюда пока ехал - повидался, только туда уехал. Отпуск у меня был в августе, а в сентябре он помер.

А.Б.: Рассказывал что-то про войну?

М.А.У.: Он? Он ничего уже не говорил. Просто только...

А.Б.: Братья младше Вас были?

М.А.У.: Я с 26-го, средний - 29-го, и младший - 32-го. Они уже тоже померли, а я вот до сих пор... Жену сбили "УАЗиком" на Некрасова, и она тоже померла, уже одиннадцатый год как померла.

А.Б.: Давайте про 41, 42-ой год поговорим. Как тогда люди в деревне жили?

М.А.У.: В деревне, конечно, только начали было подыматься колхозы - это 39-ый, 40-ой годы - жили более-менее. Сколько-то стали на трудодни получать, а как началась война - "Всё для фронта! Всё для Победы"! Всё отправляли: мясо сдавали, молоко, шерсть, яички, грибы, картошку.

А.Б.: Это Вы сейчас перечисляете обязательные налоги?

М.А.У.: Обязательные поставки, да. На трудодни уже ничего не давали, работали буквально за палочки. Трудодни начислялись - что столько-то трудодней он выработал, а подрасчёт осенью, собственно, ничего не получали. Всё жили за счёт своего огорода, подсобного хозяйства.

Когда я учился на тракториста, это в 41-ом году, у меня бабушка и младший братишка ходили сбирали - ходили по деревням и собирали милостыню, кусочки. Они насбирают этих кусочков,

(крутит рукой)

В котомку мне положат, я иду на курсы трактористов учиться.

А.Б.: То есть стипендии никакой у Вас не было?

М.А.У.: Ничего. Вот, всё на свою долю. Что вот, картошки с огорода, кусочков насобирают - так я и учился эти 4 месяца. Когда уже стал работать на тракторе, распределили весной. В мае уже выехали на поля - тогда нас уже кормили в колхозах. Есть какие продукты? Есть там мясо - кого-то прирежут, где на ферме волки задерут - овец обычно.

Один раз на ферму забрались - 37 овец сразу повалили в пригороде, им выбежать некуда было. Там перехватали всех, и нас этим мясом весь год кормили.

(со смехом)

Его засолили. В колхозах были пасеки, мёд. Был горох - варили из гороха, в общем, кормили неплохо. И оплачивали по 3 кг. на трудодень, платили зерном - рожью, овсом - что в колхозе оставалось от заготовок для фронта. А трактористам - по 3 кг. на трудодень. Это хорошо! Осенью я по несколько центнеров зарабатывал, по целой повозке привозил. И вот тогда уже наша семья встала на ноги. Очень трудные были годы военные.

А.Б.: В бригаде было 6 человек?

М.А.У.: Нет, было 6 трактористов, помощник бригадира, бригадир, заправщик - ещё кроме трактористов было 3 человека. В ноябре взяли на фронт.

А.Б.: С ремонтом как было?

М.А.У.: Всё - подручными, в МТС мастерская была. На зиму тракторы туда - у кого, какие неисправности - отправляли. Там и моторы перебирали, коробки скоростей, задние мосты - готовились опять к весенней посевной. Было холодно.

А.Б.: Мастерская не отапливалась?

М.А.У.: Что там печкой отапливается? Никакого там, ни нефтянки, ничего. Нефтянка была - движок, его утром заведут. Она станки крутила - кое-какие станки были и всё. А так печка на мастерскую, что там? Там в рукавицах и работали-то. Да я на ремонте-то ... у меня трактор мы отремонтировали осенью, перед уборочной. Перед тем, как комбайн таскать, подремонтировали. Он у меня был в исправности, я молотил всю зиму.

(взмахивает рукой)

В другом сельсовете, в этом же районе. В своём сельсовете мы всё сделали - было 3 колхоза, 6 деревень - их мы обслуживали. Вернее, 6 колхозов - в каждой деревне свой колхоз был. 3 трактора.

(с улыбкой)

А.Б.: С запчастями как было?

М.А.У.: Неважно, ничего, собственно, не было.

А.Б.: Как обходились?

М.А.У.: Кое-что, для моторов детали - там свою уж не выточишь. А для сеялок, культиваторов, борон - всё своё изготавливали. В МТС токарные станки были. За горючим ездили на нефтебазу, там же при МТС была своя нефтебаза. Керосин был.

Керосин экономили. Каждый килограмм керосина для страны имел какое-то значимое значение. Ну, так и получилось, что тракторы выпускались: вот бак для керосина.

(показывает расположение и размеры руками)

И рядышком малюсенький бак для воды - для того, чтобы когда мотор трактора прогрелся, набрал мощность - чуть-чуть убавить расход керосина, и чуть-чуть впрыснуть туда водички. На мощность двигателя это не влияло, он также тянул плуг, сеялку, комбайн. Что и было нужно. И вот этим кто мог пользоваться, он пользовался.

Некоторые - а раз он идёт, и идёт - он на керосине и работал всю дорогу. А я и некоторые, у меня был товарищ, он по родне ещё был, Хромцов Валентин из нашей же деревни, из Беляков; мы с ним этим пользовались. Вот поэтому у меня получалась хоть небольшая экономия, но за посевную 128 кг. керосина я сэкономил без ущерба для самого трактора. В общем, была такая возможность помочь фронту.

А.Б.: Как к этому ваш старший тракторист относился? Вы говорили, что на вашем тракторе работал ещё старше Вас товарищ?

М.А.У.: Нет, он у меня был в подчинении. Он был освобождён от воинской обязанности по здоровью, был такой хлипкий товарищ. Я собственно им и командовал, он был года на 2 постарше. Ведь тогда работали лишь бы выжить - пусть и здоровье у меня плохое, но я работаю для фронта.

Мы трактор передавали со смены на смену - если я работал в ночь, а он в день, следующую неделю он работал в ночь, я в день. Вот приехали мы на заправку заправиться, это уж у нас было так положено - чтобы трактор был протёрт. Пусть пыль на нём была с полей, но мы основные части трактора, мотора обязательно протирали.

А.Б.: Много ли в МТС женщин работало?

М.А.У.: Много, считай, на половину работали. Хотя на мужчин и была некоторая бронь, оставляли некоторых. Вот, допустим, бригадиров тракторных бригад оставляли по брони. В бригаде может быть одного мужчину по брони оставляли, а остальные женщины были.

А.Б.: У вас в бригаде?

М.А.У.: У нас в бригаде работали с товарищем женщина. У меня был мужчина - тракторист, а на двух других тракторах были женщины. Мужчина и женщина, мужчина и женщина. И помощник бригадира была женщина, бригадир тракторной бригады был мужчина. Заправщица тоже была женщина, которая поставляла с нефтебазы ... ну, на лошадях ездили, бочки с керосином она возила и заправляла. Где трактор работает, привозили на участок бочку керосина, заливали в баки.

А.Б.: Какие-то скидки по работе были им на то, что они женщины?

М.А.У.: Никаких не было, всё то же - трудодни были, им начисляли. Трактористу трудодень, и бригадиру с помощником - трудодень.