Колоколов Николай Петрович

Я родился в 1924 году в Москве. Родители - рабочие. Отец на заводе "Гудок" работал, а мать - на заводе "Промет", точнее, до войны это была артель. Я сам там работал четыре года. Жили мы по адресу: Трехпрудный переулок, дом 11/13, квартира 49.

- Это коммуналка была?

Коммуналка. Пять жильцов. Могу даже перечислить: первый Андреев, второй Князев, третий Самохин, четвертый и пятый семьи братьев Колоколовых. Один уехал, но мать не стала занимать его помещение, дорого - половина ее зарплаты уходила за квартплату. Мать с отцом жили там с 1917 года. Отец притащил всех из деревни. Дом и сейчас стоит напротив гостиницы "Пекин". Рядом сад "Аквариум". Брат матери, мой дядя, когда мне было лет девять- десять, то есть год 1931-й там подхалтуривал - сапоги чистил, а я ему помогал. Он ногу ставит на ящик и поет:

"Мы чистим, чистим, лакируем

Всем - рабочим и буржуям.

Зато рабочим - за пятак,

А буржуям - за четвертак"

Он потом на фронте погиб. Многие погибли. Пять братишек матери - все погибли.

Милиция гоняла, на лошадях они ездили. Но ему ничего не делали, у него еще паспорта не было. А спал он в коридоре на сундуке.

Я бросил школу в 1938 году, после восьмого класса, и пошел работать, потому-то деньги были нужны, надо матери помогать - со мной трое детей, и отец больной был. А мамка одна, так что я ей помогал.

Мать устроила меня учеником-фрезеровщиком. Мне тогда еще шестнадцати не было, и меня не брали, но мама была на хорошем счету - "ударник производства", а тогда это многое значило. Она могла и на самолете полететь - приглашали, но не полетела, потому что она боялась. Помните, разбился этот "Максим Горький". Я однажды видел, как с него листовки кидали. Я тогда как раз шел с мамкой, по улице...

- Вы сразу, без училища, пришли учеником на завод?

Прямо к хорошему фрезеровщику. Кое-что до сих пор помню. Я четыре года отработал до армии.

Ну, кроме работы много, чего было. Я в оркестре "Моссовета" играл. Я - трубач. На массовки ездили. Я ходил на демонстрации четыре года. 1941 год, май месяц последний раз... И труба моя осталась. А Вы знаете что такое труба?... Вы не знаете...

После войны я в Москву не вернулся. Здесь воевал, здесь познакомился с женой, здесь и остался.

- Когда же Вы учились играть на трубе?

После работы. Пезнер у нас руководил духовым оркестром. Вот человек был...

- Пезнер или Познер?

Пезнер! Познер по телевизору языком болтает...

- Вы же не сразу пришли играть? Вы же еще учились играть?

Да у него же. Да, он тренировал три года. Я у него три года играл.

- А вот какую-нибудь плату вносили? Нет?

Нет. Добровольно... Красный уголок был, там разные кружки были.

- А Вы крещенный? Вас родители крестили?

А как же, обязательно.

- Из-за этого были какие-нибудь проблемы? Вы же комсомолец были?

Пионером не был, и комсомольцем, и коммунистом не был...

- А в армии из-за этого проблем не было?

Им некогда было заниматься со мной. Мне даже не предлагали.

- А как относились к вере в Бога в войну?

Мамка дала мне крестик, но он потерялся... Про Бога не вспоминали...

- Как Вы узнали о начале войны?

Выходной день был. Я на лодке катался на Патриарших прудах. Двадцать копеек заплатил за час. Вернулся домой, и мамка сказала, что началась война...

И еще я помню, в тот самый день, когда по радио Молотов выступал, в доме рядом с нашим, на пятом этаже обвалился балкон. Сгнил и завалился, и ребенок остался висеть, а женщина упала вместе со стулом, и насмерть... Тогда пятый этаж как сейчас восьмой...

- А дальше что? Сразу на фронт пошли?

На другой день пошли на работу. Как работали так и работали. Начали с Белорусского вокзала добровольцев отправлять. Стали строить вокруг Москвы инженерные оборонительные сооружения. Это уже за "Соколом", мы пешком ходили за "Сокол", но недалеко... Окопы копали...

- А что до войны выпускал ваш завод?

До войны пожарные каски и примуса. А с началом войны сразу перешли на изготовление ламп АПЛ - авиационно-подогревательные лампы. И еще бензорезки. Знаешь, что это? Бывают газорезки, а у этих пламя от бензина. Они бензорезки так и называются. И еще артиллерийские уровни... Я гайки для них делал. Маленькие и большие гайки. Я фрезеровщик - грани делал. Шесть граней.

Я несколько раз добровольцем на фронт просился, но никого не отпускали...Потом запись ополченцев объявили. Но мне и тут отказали, сказали:

- Обожди, тебя и так в армию возьмут, твоя очередь придет еще!

Меня взяли уже в сентябре 1942-го. Повестка пришла, явиться по такому-то адресу, помытому-побритому, кружку с собой. Собрались на площади Маяковского. Там были бани, помылся, меня постригли...