Виноградов Александр Иванович

Виноградов А.И. 1940 г.

Н.Д. Как вы попали в авиацию?

А.В. В 1938 году был Сталинский призыв: сто тысяч человек молодежи в авиацию! Первого сентября меня призвали в армию и сразу отправили на Дальний Восток во Вторую отдельную Краснознамённую армию. Призывников, у которых было образование 7 классов и выше, направили в лётное училище, там же. В училище готовили по специальностям стрелок-моторист, стрелок-радист, приборист, другие средние лётные воинские специальности. Когда я закончил учёбу, меня направили в 43-ю отдельную тяжёлую бомбардировочную эскадрилью, под командованием подполковника Катулина.

Ещё во время нашей учёбы, все газеты писали о беспримерном рекорде, беспосадочном перелёте наших лётчиц Валентины Гризодубовой, Полины Осипенко и Марины Раскиной из Москвы на Дальний Восток. Они совсем немного не долетели до Комсомольска -на - Амуре, сели на вынужденную посадку у озера Эворон. И 43-я эскадрилья, в которой я потом служил, принимала активное участие в их спасении. Когда лётчицы ехали на поезде из Комсомольска обратно в Москву, мы, курсанты, строились на перроне станции Серышево, и встречали их, как героев.

В нашей эскадрильи было 12 самолётов ТБ-3. Четырёхмоторные, гофрированные, с моторами М-37. Сам самолёт весил 17 тонн, а двигатели по 750 лошадиных сил, конечно, были слабоваты для него. Экипаж - 11 человек.

Мы стояли на аэродроме под Хабаровском. Сейчас это гражданский аэродром Хабаровска. Рядом с нами дислоцировалась 202-я воздушно десантная бригада. Наша эскадрилья, по сути, была прикреплена к этой бригаде. А в 42-м году нас объединили в 251-й тяжёлый бомбардировочный полк, добавили 15 самолётов. Тоже ТБ-3, только моторы у них были М-38, немножко посильнее. Но, бомбовая нагрузка та же, три тонны. Бомбы, в основном, 100- килограммовые, но были и 250 кг. Такая у нас и была установка, что, в случае войны, мы работаем вместе с 202-й десантной бригадой.

До 1942 года мы, в основном, занимались тренировками с десантниками. Учения проводились регулярно. В самолёт входило 40 человек, полнокровный взвод. Десантники были вооружены винтовками СВТ, пулемётами "Максим" и Дегтярёва, были в бригаде пушки, сорокапятки. Когда взлетали полком, выбрасывали до четырехсот человек одновременно. Подготовка и у нас и у десантников была хорошей.

Н.Д. Какая обстановка была в это время, думали, что будет война?

А.В. Были почти уверены. Перед войной, обстановка была очень напряжённая. Мы тренировались день и ночь, поочередно выбрасывая каждый из трех батальонов десантной бригады. На границе было неспокойно. Японские истребители регулярно нарушали наше воздушное пространство. Недалеко от Хабаровска, там, где Сунгари впадает в Амур, находился остров Уссурийский. Часть его принадлежала СССР, а часть японцам. В этой излучине постоянно были нарушения границы в течение всей войны. Говорили, что случались и вооружённые провокации в Приамурье, но в нашем районе не было.

Н.Д. Помните день 22 июня 1941 года?

А.В. Перед самой войной, я, решил поступать в военно-воздушную академию в Жуковском. Вступительные экзамены проходили в Хабаровске, конкурс был большой, я их не выдержал, завалился по русскому языку. 21 июня, в субботу, вернулся в свою часть. Стоят палатки, самолёты в линейку. В расположении полка находились несколько техников, а из офицеров только старший лейтенант Купченко, дежурный. Остальные офицеры - летчики кто в городе, кто у родственников. Комполка тоже на своей городской квартире. Завтра воскресенье. Поздно вечером, уже легли спать, объявляется тревога. Полк стоял на центральном аэродроме Хабаровска, а запасной аэродром, на случай войны - в двадцати километрах, в Матвеевке. Полк должен срочно перелетать, а летчиков нет. Купченко взял нас двоих в помощь, и начал перегонять самолеты по одному. Туда летим, обратно на дежурной машине. Техники тем временем рубили ивняк, маскировали самолеты, тоже работа нелёгкая, самолёт-то огромный. До утра, до прихода лётчиков успели перегнать шесть машин. Как я надел гимнастёрку в тот день, так с тех пор шесть месяцев от самолёта не отходил. Вырыли землянки рядом, там и жили. Потому что я механик-стрелок, если начнётся налёт, должен обороняться. У меня два пулемёта ШКАС, у штурмана два. Пулемёты скорострельные, 1800 выстрелов в минуту. Пулемёты хорошие, но стрелять нужно было аккуратно, очередями по 20 - 50 выстрелов. Если сразу дать 100, выходил из строя ствол. Стволы, правда, были сменные.

Под крыльями сделали траншеи, там постоянно хранились два боекомплекта бомб в кассетах. Бомболюки открыты, но там ничего пока не висит.

Война на нашем обеспечении горючим, питанием и боеприпасами никак не сказалась. Учебные вылеты продолжались. Сбрасывали десант, да и нас, пулемётчиков тренировали тоже. К 400- метровому фалу привязывали конус, знаешь, на аэродромах такие "сачки" стоят, направление ветра указывают. Размеры его - метр в диаметре, пять метров в длину. Потом этот конус выбрасывали из бомболюка, в воздухе он расправлялся, один самолёт его на фале тащит, а с другого пулемётчики по нему стреляют. Пули у всех покрашены разной краской, у штурмана - красные, у меня - зелёные и так далее, чтобы можно было определить, кто как отстрелялся. Потом конус сбрасываем, идем на полигон, на бомбометание. Также каждый экипаж должен был прыгать с парашютом раз в год, но мы прыгали чаще. Я прыгнул два десятка раз. За первый, и после каждого десятого прыжка даже платили деньги - 25 рублей.

Н.Д. Какие задачи выполнял ваш полк во время войны?

А.В. В начале 42-го 202-й десантной бригаде объявили тревогу, погрузили в эшелоны, и отправили на действующий фронт. Мы пока остались, в полной уверенности, что скоро перелетим туда же. Расставаться с ребятами-десантниками мы не хотели, настолько сроднились с ними. На учениях всегда вместе, даже питались в одной столовой, по одной лётной норме. Мы их провожали, как вернулись с вокзала, полк получил команду "на взлёт". Но вместо того, чтобы направиться на запад, перелетели на станцию Подали в 60 км от Комсомольска-на-Амуре. Там уже был оборудованный аэродром, землянки для личного состава. Ждём отправки на фронт месяц, другой, не отправляют. Наш комполка дружил с Полежаевым, подполковником парашютно-десантной службы, тот писал ему, что бригада уже участвует в боях. Где, на каком фронте, это было неизвестно.

К тому времени Дальневосточный военный округ переименовали в Дальневосточный фронт. К нам в полк пришли пять самолётов ТБ-7, новые мощные машины. Правда, со временем их отправили на запад.