Краснов Александр Борисович

Я 1922 года рождения, родился в Киеве.

- А кто Ваши родители были по специальности, по положению в обществе?

Когда я родился, они еще "никем" были. Потом отец стал крупным партийным работником. Был арестован, и сидел в следственной тюрьме. Хотя его оправдали и выпустили, он на партию обиделся, и потом работал преподавателем марксизма-ленинизма в институте: Жил долго. Мать в свое время была зав. Горздравом. Но, зачем это рассказывать...

Школу я не закончил, недоучился целый год, с 9-го класса ушел в военное училище, боялся опоздать. Уже в 1945 году, когда кончилась война, я экстерном сдал экзамены.

- Как получилось, что Вы попали в военное училище?

Был я в 9-м классе, и одновременно учился в аэроклубе. Я рвался в небо, бросил школу, недоучился и пошел в 1940 году в Чугуевское высшее училище летчиков. Училище выпускало лейтенантов. Но в декабре вышел знаменитый приказ "№ 0253", я его до сих пор помню. Вам, наверное, про это рассказывали: Тимошенко из училищ сделал летные школы. В училище учились три-четыре года, а в школах меньше, я например, всего восемь месяцев учился...

- А как же мандатная комиссия? У Вас же отец сидел...

К этому времени его уже выпустили, и он был полностью реабилитирован. Но чуть раньше меня из-за отца с аэроклуба погнали. Отец - враг народа, какой же аэроклуб? И пока отец был под следствием, мы с матерью мучались. Я работал учеником токаря на заводе, и жили мы очень скромно. Сидел отец почти целый год, доказывал свою невиновность. Если бы не доказал, его не было бы... Он справился... Справку о реабилитации я храню до сих пор.

- На каких самолетах учились?

Я истребитель. Самыми хорошими тогда были самолеты "И-16". Я на этом самолете вылетел и школу закончил, а в начале обучался на спарке "УТИ-4".

- Вы сразу вылетели на "УТИ-4"? А первоначально, наверное, провозные на "У-2" были?

На "У-2" я летал в аэроклубе. Я что-то мало запомнил, мало летал на них. Потом на "УТИ-4". Когда вылетел самостоятельно на "И-16", началась война. Ну, Чугуев вроде далеко от границы, но поскольку немцы продвигались очень быстро, пришло в школу распоряжение, отобрать курсантов, которые хоть чуть получше других, и им сдать госэкзамены. Все рвались на фронт, это вы понимаете. Я, слава Богу, не хуже летал, чем другие, сдал госэкзамены и попал в эту группу. Нас выпустили сержантами. Сержант - это два треугольничка. Поскольку я успешно летал, то мне добавили еще один треугольник - старший сержант. И с этими треугольниками я ходил до 1943 года. А вокруг были лейтенанты:

Сержантов после меня только два выпуска было. А потом опять лейтенанты пошли.

Мне не повезло, потом я болтался по ЗАПам. ЗАП - это запасной полк.

Сначала я попал в ЗАП в Куйбышеве на аэродроме Кряж, где переучивался на "ЛаГГ-3". Но самолетов не было, была только теория, и такие как я - сержанты болтались там несколько месяцев. И тогда я попросился на устаревающие "И-16". Поехал на Север в другой ЗАП. А там вместо "И-16" были уже американские "Томагавки". Стал я на "Томагавках" переучиваться. Самолет очень плохой, тяжелый. Оттуда я сбежал, попал в 20-й ЗАП в Новосибирск, вот там, наконец, я сел на "Як" и успешно вылетел на нем, и только тогда я попал на войну.

- А на каком типе "Яков" Вы летали?

В ЗАПе "Як-1". Потом я летал на "Як-7", потом на "Як-9". С буквой "Р" - разведчик, "Як-9р". Основную часть войны я провел в разведывательном полку, который назывался АРПГККА - авиационный разведывательный полк главного командования Красной армии. Таких полков на весь Советский Союз было три. Был истребителем-разведчиком. Но вначале я в 519-й полк попал.

- А как попали в 519-й иап? Приезжали "купцы"? Или Вас с ЗАПа направили туда?

Группа, человек десять-двенадцать закончили обучение в ЗАПе и поехали на фронт. Под Курск, в 16 Воздушную армию. Нас распределили по дивизиям, по полкам. Из группы я попал в 519-й полк один. Было это где в мае-июне 1943 года.

- Как Вас в полку приняли, когда Вы пришли?

С пренебрежением: "Летать не умеют, стрелять не умеют".

- Такое отношение было конкретно в этом полку, или во всех?

Везде. Нас звали "желторотые": в ЗАПах мы боевое применение не проходили, два-три вылета в зону, на пилотаж, одна-две стрельбы. И били нас, как куропаток.

- Какой налет у Вас был при выпуске из школы?

Часиков девять. И это еще много. Я хитрый был, старался, как мог, лишний полет выпросить.

- А в ЗАПах какой налет?

В ЗАПах тоже самолетов было мало. Я уже сейчас не помню сколько... Часов десять может, налетал, на американском самолете. Я вообще не хотел на нем летать, уклонялся... Плохой был самолет:

- А чем он Вам не понравился?

Мы его звали "утюг". А истребитель должен быть маневренный, скоростной. Хороший американский самолет был только "Аэрокобра". Но "Кобра" мне не досталась. И тогда я оттуда сбежал.

- Вы прибыли в 519-й, встретили Вас пренебрежительно. Но провозные, ознакомительные полеты, обучение какое-то было?

Сначала проверяли пилотаж, а потом последовательно полеты парой, в звене.

Мы рвались в бой. Нас было три-четыре человека таких "зеленых", "желторотых". Мы ходили, ныли:

- Пустите на войну... Пустите на войну...

Но командир сказал, что слабаков в воздух он не пустит. В других, соседних полках "желторотых" быстро выбивали. Но наш полк особый был - нас долго учили, и мы остались живы. В нашем 519 полку, я только за полк говорю, добросовестно учили. В начале одиночный пилотаж, в течение нескольких полетов проверили наш уровень... Потом учебный воздушный бой. А если у меня что-то не получалась, то меня вновь в зону посылали, доучивать определенную фигуру. Пилотажем мы особо не занимались. Все, что делали, все разговоры были только о том, что нужно на войне.