Воспоминания ветеранов Великой Отечественной Войны

Поляков Александр
Михайлович

Автомат у немцев хороший был, понимаешь. Удобный очень. Песка боялся, да наш тоже приходилось постоянно прятать. Зато магазины рожками. Они плоские. Их напихал полные сапоги — вот тебе и подсумок. Удобно. Я к тому времени снова в разведке был. Я же всю войну почти командиром разведвзвода был. Так мы в поиск только немецкие автоматы и брали. И по звуку непонятно, кто стреляет, и веса в них мало. Наши уж очень тяжеленные были. Патронов в нашем побольше, так у него и скорострельность повыше. А из немецкого можно запросто одиночными стрелять. Приноровиться надо только.

Рубанов Павел
Максимович

Прошло не более тридцати секунд, как по тому месту, где я раньше стоял, ударила одна пуля, за ней вторая. Майор в это время от меня находился метрах в пятидесяти, наблюдая за лодкой. Немного времени прошло, как я услышал треск на воде. Лодку, на которой переправлялся Чередниченко, пробило пулей и все, кто был в лодке, оказались в воде. «Прощай, друг!», - подумал я. Секунд пятнадцать еще торчал над водой нос лодки. Связист как сидел сзади с тяжелой катушкой, так и ушел на дно. Связиста я, к сожалению, даже и в лицо не видел.  

Анцыфорова (Чумакова) Раиса Олимпиевна

Здесь мы стояли, пушки, танки – всё сзади нас было. Это была вся артподготовка, все эти снаряды «катюш», всё это через нашу голову пролетело. Потом, когда кончился артналёт, мы вызвали самолёты, они начали бомбить, потом пошли танки, а уж за ними пошла пехота. А после этого пошли обратно раненые. Раненых много шло. И мы как раз помогали: тут полевой госпиталь недалеко был. Кто сам шёл, кому надо было помочь – вот так работали на передовой…

Носков Михаил
Михайлович

А там же болота одни. В траншее постоянно воды по колено. Но так в этой жиже и жили. Вшей море. В туалет в эту жижу и ходили. А потом, чтобы не сильно воняло, саперной лопаткой свои сюрпризы на нейтралку забрасываешь. После лопатку кое-как протрешь, помоешь в этой жиже — и картошку на ней печь. Как на сковороде. А она мерзлая, полугнилая — растекается, как размазня, по всей лопате. И ничего. За милу душу рубали. Потому как совсем жрать нечего. Горсть пшена дадут — уже праздник. Шел добровольцем, чтобы с голоду не помереть, а тут не лучше оказалось.

Бежан Антон

Занимались тем, чем и должны заниматься СМИ во время войны: проводили пропаганду против фашизма, гитлеризма, всё как обычно. Передавали фронтовые сводки, рассказывали о победах союзников, писали статьи на разные темы. Утром собирались, намечали программу на день, после чего выходили в эфир в несколько смен. Причём, все выпуски шли в прямом эфире, ничего не записывали. Кроме того, мы слушали и анализировали выпуски ВВС на румынском языке. В какой-то момент BBC даже прислало нам послание солидарности. Так что, работали и днём и ночью.

Клапоусов Михаил
Иванович

Колонна везла топливо для танков, когда в прилегающий к этой улице переулок выползли три фашистских танка «Тигр». Несколько первых машин успели проскочить мимо этого переулка, но основная часть колонны оказалась перед угрозой уничтожения. Машины в колонне шли на сокращенных дистанциях, так всегда поступали в сложных ситуациях. Поэтому было достаточно попасть в одну машину, а взрывная волна докончила бы все остальное. Ситуация была критическая. Я находился в головной машине, которая уже проскочила мимо этого переулка, и никак не мог повлиять на ход событий. Пока все - и немцы, и наши как бы замерли от неожиданной встречи, один из наших водителей отделился от колонны и направил свою машину, груженную танковым топливом, в лобовой таран на вражеский танк.

Андреенко Петр
Николаевич

Ещё у нас задача была – как только пехота прорвёт оборону, мы обязаны обогнать всех (и нашу пехоту, и немцев), и из немецкого тыла передавать сведения: где аэродромы, где танки, где скопление войск. И вот так получилось: наши оборону прорвали, мы пошли вперёд, и тут я на опушке увидел дымок, а недалеко от дымка часовой. Блиндаж. Мы к этому автоматчику подползли. У нас такой Пономарёв был – так он часового оглушил, а мы две гранаты в трубу бросили (это уже привычка была). Взрыв, мы в блиндаж заскакиваем – там офицер. Мы его схватили и привели в штаб. И часового тоже привели.

Соколов Никандр
Иванович

У нас же были запретные коридоры для пролета авиации. Вот, например, когда мы под Красным селом стояли – там был пятикилометровый коридор, в направлении на Ленинград, в котором мы огонь по любому самолету открывали. Мы же не видим, кто летит, а когда увидим – он уже пройдет. Так что – нет заявки на пролет – сразу огонь.

Белова Ульяна
Михайловна

Был лозунг: «Всё для фронта и всё для войны», но – видите, у нас какое правительство? В войне все участвовали. Не будь в тылу женщин и стариков – победы бы нам не видать. И не будь на фронте нас – это ведь мы… наверное, миллионы девушек было! Победы бы без нас тоже не видать. Зачем же нас призвали? Конечно, такие силы были потеряны везде… Брат мой рассказывал: чуть ли не один из батальона остался в живых, ремень только сняли немцы, а больше нечего было и снять: обмотки... Их трое вернулось только. Вот это вот война была.

Кривобоков Алексей
Петрович

Артиллерийский полк, он важен только тогда, когда знает координаты. Прямой наводкой можно стрелять куда угодно, если тебе видно, куда стрелять. А если на три – четыре километра стрелять, то нужно знать координаты, а привязки на местности нет. Так вот, координаты развивали ходами. Что значит «ход»? Может ты когда-нибудь встречал в степи столбик небольшой, с четырьмя цифрами по бокам? Это точка, чьи координаты известны и занесены в государственный каталог. Это очень важная точка! Эту точку нельзя уничтожать и переносить в другое место. Так вот рядом с погранзаставой находилась такая же точка. И от нее мы вдоль границы, в уссурийской тайге, начали развивать опорную сеть координат.

Читайте также

Или вот получаем мы приказ навести переправу, и первым делом надо строить «причал», но берег нередко оказывался заминированным. Те, кто понимал в немецких минах, те, кто успел на формировке закончить курсы саперов, погибли еще в 1942 году, и я всегда сам, в одиночку, шел на разминирование берега, никогда никого с собой не брал,...
Читать дальше

В Сталинграде, когда мы стояли на Мамаевом кургане, я познакомилась со своим будущим мужем. Он тоже зенитчик. Наши полки рядом стояли друг с другом, поэтому мы там и познакомились. Потом нас разбросало по стране, но мы переписывались с ним. После того как закончилась война, он на Дальнем Востоке был, там с японцами воевал. А замуж...
Читать дальше

В общем, это было только начало нашей подпольной деятельности. Сейчас из тех подпольщиков в живых никого не осталось. Группа ребят нас была, мы назвались – «Днепровец». Подпольная организация, диверсионная работа: шкодили немцам, спасали наших, доставали радио, листовки. Мы знали, кому можно, а кому нельзя. Так и работали: людям...
Читать дальше

Когда кончилась война долгожданной Победой, мы остались калеками – три Омские девчонки с бруцеллёзом. Клава Рудских с туберкулёзом костей. А у нас с читинской Шурой Булгаковой – хронический ревматизм.
Читать дальше

Был лозунг: «Всё для фронта и всё для войны», но – видите, у нас какое правительство? В войне все участвовали. Не будь в тылу женщин и стариков – победы бы нам не видать. И не будь на фронте нас – это ведь мы… наверное, миллионы девушек было! Победы бы без нас тоже не видать. Зачем же нас призвали? Конечно, такие силы были потеряны...
Читать дальше

Пехотинцы Пехотинцы Летно-технический состав Летно-технический состав Артиллеристы Артиллеристы Связисты Связисты Краснофлотцы Краснофлотцы Партизаны Партизаны Медики Медики Другие войска Другие войска Гражданские Гражданские Разведчики Разведчики Летчики-истребители Летчики-истребители Летчики-бомбардировщики Летчики-бомбардировщики Минометчики Минометчики Летчики-штурмовики Летчики-штурмовики Самоходчики Самоходчики ГМЧ («Катюши») ГМЧ («Катюши») Зенитчики Зенитчики Пулеметчики Пулеметчики Снайперы Снайперы Саперы Саперы Кавалеристы Кавалеристы НКВД и СМЕРШ НКВД и СМЕРШ Водители Водители Десантники Десантники Танкисты Танкисты