Луковникова Валентина Васильевна

Опубликовано 28 июля 2006 года

11789 0

Меня зовут Луковникова Валентина Васильевна, девичья фамилия Коятьева. Мне был шестой год. Родилась я в 1936, они пришли в 1941 году. Мне почему-то запомнилось, это был… январь, погода морозная, снежная, солнце на улице, мы в Сенной губе жили, сидели на печке, бабушка, Аля (сестра), маленький мальчик, брат, был. Мама с дедушкой пилили дрова под окошком. И вдруг смотрим в окно: [финны] в белых халатах подошли, что-то говорят, руками размахивают, потом зашли в комнату, по фински говорят, что тут дети и что-то ещё, и ушли. Потом мама с дедом пришли, а мы говорим: “Мама, а что там?” - а она говорит: “Это финны”.

Неделю никого не было. Через неделю они приехали на больших машинах. Сенная губа - это же первая деревня от Петрозаводска через Онежское озеро. Их много приехало. Они нас переселили в старый дом. А наш-то дом был хороший, новый. В нашем доме сделали штаб. Там одна женщина ухаживала за ними, ведь переходили на их сторону. У нас корову отобрали, она ее доила. Мама иногда ходила туда, просила молока ребенку. Вот так мы и жили. Потом в нашу деревню стали свозить со всех деревень: с Кижей, с Великой Губы. Везли на больших машинах. Селили [в бараки], сколько влезет. [Финны] рыли окопы, большие, на Онежское озеро. В один прекрасный день [финны] нам сказали: “Собирайтесь, всё оставляйте, никто ничего не унесет, всё останется здесь”.

Повезли нас в Петрозаводск через Онегу, зимой. Мороз, [дело было] в январе. Машина была ничем не крытая. Нас было пять семей в этой машине. Была я, Аля и мальчик сорок первого года рождения, несколько месяцев от роду. Мы замерзли. Нас отвезли в Петрозаводске на площадь Ленина. С собой мама взяла немного: еды, несколько каких-то вещей. Я помню, у нас была игрушка: мишка плюшевый, большой. Все наши вещи вывалили на площади Ленина. Вещи пересмотрели, этого мишку у нас взяли и не отдали, мы потом долго плакали.

Нас поместили в какой-то барак, и мы жили на нарах, в лагере. Первый раз мы были в пятом лагере - это Пятый поселок [микрорайон в г. Петрозаводск. - А. Г.]. Потом мама стала просить, чтобы нас перевели в в седьмой лагерь на Куковке [микрорайон в г. Петрозаводск. - А. Г.] - там жили все наши родственники. Мама долго болела, лежала. Мы жили с дедушкой, а бабушка жила с папиной сестрой, тётей Диной. Финнам не нравилось, что мы все время есть хотели. Однажды дедушка куда-то ходил за едой, так они его избили за это, так что он долго не мог ходить. Братик умер в сентябре, похоронили в Песках [пляж на берегу Онежского озера. - А. Г.]. Там была большая яма, и в ней было тридцать или сорок гробов. И дедушку там похоронили. Пока мама была жва, мы ездили в Пески на кладбище. Она как-то узнала, где они похоронены. Мы жили на ул. Будёнова, на Перевалке, в двухэтажном доме. Там жили только эвакуированные. В комнатах была мебель. Мама, когда перестала болеть, устроилась на работу. Меня отправили в школу в первый класс. Я в школу ходить не стала. Мы в школе изучали Закон Божий. И поп часто бил указкой по голове, поэтому я перестала ходить в школу. Много раз приходили со штаба. Они спрашивали маму, почему я не хожу в школу. А она им говорила, что у меня валенок нет, а на улице зима... При этом всегда присутствовал переводчик. Вообще. у финнов строго все было. В баню нас водили, чтобы чисто было, чтобы вшей не было. Проволока колючая была везде…

Мы часто бегали с котелками, каши просили. Кто добрый был, давал ложки две. А кормили нас… давали лук, хлеб давали. Но все равно мало было. Мама иногда ходила в хранилище, приносила моркови или ещё чего. Финны не любили воровства. Если найдут что, то били сильно, издевались. Но обращались хорошо. Помню, когда мама болела, к ней фельдшер приходил, лечил.

Аля еще тогда не ходила в школу. Землянки тогда были… На месте Республиканской больницы были землянки и склады, застройки не было. И вот, когда война уже кончалась… в июне, день был такой светлый хороший, мы утром встали - что такое? Все полыхает, финны убегают. Они все поджигали - все горело. Люди бросились на склады, брали, что могли. А финны стреляли с вышек, многих ранили. Потом к Ивановским островам подошли военные русские катера. Они стояли, ждали, у них же разведка была. Одна женщина рассказывала, что выкинула какой-то флаг. Они [русские] не стали стрелять, а просто подошли к берегам. А мы все пошли на митинг на площади Ленина. Там было здание с балконом. На этом балконе стояли освободители: женщина и мужчина-военный. Митинг был по поводу того, что нас освободили, что всё закончилось. Потом стали прибывать поезда с военными. Многие встретились с родными. А война-то дальше шла, и те, кто поехал на войну, погибли. Мы долго жили в Петрозаводске. Потом нас опять перевезли в Сенную Губу. Когда мы приехали туда, все наши дома были распилена, дрова сложены. И нам было негде жить. Мы переехали в старый дом маминых родителей. Там и жили. Много деревень было заминировано, много людей подорвалось. Целая деревня около пристаней Лоукаса была заминирована. И, когда люди стали возвращаться в свои дома, вся деревня взлетела. А там была большая деревня.

- Был ли принудительный труд? Наказания, поощрения?

- Был. О поощрениях не знаю. Наказывали тех, кто на работу не выходил, или плохо работал, или же в воровстве был замечен. На улице Зайцева был Совхоз, там выращивали морковь и ещё что-то. Мама ходила туда. Всех выстроят; если найдут что-нибудь при обыске, положат на скамейку, сверху клали соленную тряпку, и избивали розгами. Однажды дедушку избили, он долго поправиться не мог. Работать надо было обязательно, заставляли.

В баню водили, пока ты в бане, все вещи в парилке, чтобы не было насекомых, термическая обработка. В домах и квартирах серу сжигали, как дезинфекция. Парилка большая была, без воды. И надо было там полчаса сидеть. Если маленький ребенок был, то разрешат немного воды. Там отсидишь, потом мыться, а там [в бане] холодно. Стоят просто котлы с водой, вот так и мылись. Каждую неделю приходила финка, проверяла чисто ли в квартире. Сначала мы жили в бараках, потом нас переселили в двухэтажные дома на ул. Островского.

И.О. А дети рождались?

В.Л. Да, кормили их неплохо. Тогда дружно жили в лагере, помогали друг другу, чем могли.

И.О. Что вы знаете о начальниках?

В.Л. Мало… Был один финн. Часто приходил к моей маме, просил отдать меня ему, говорил: “Тебе ведь тяжело, а у нас в Финляндии такая же дочка есть”. Приходил, сажал на колени, гостинцы давал. Везде колючая проволока, патрули. Если увидят [патрульные], что кто-то пытается сбежать, то сразу стреляли насмерть.

И.О. Были партизаны?

В.Л. Не знаю. Папа поехал на ту сторону, деревня Пяйва, еще до войны. Говорят, там партизаны ходили, там он и пропал. Говорили, что в финскую разведку попал. Не нашли его.

И.О. Были ли в вашем лагере карелы, вепсы?

В.Л. В нашем лагере были только русские. Про вепсов, карел не знаю, но в Петрозаводске их не было. После войны расспрашивали, кто был старостой. В основном ими становились предатели. Их всех после войны осудили, но с нашей деревни никого не было, так что я ничего не знаю.

И.О. А какое у вас осталось впечатление о финнах.

В.Л. Мы были маленькие, ничего не помним. Избивали, перевозили в открытых машинах, в будки сажали. Да, жестокость была.

И.О. А сейчас как относитесь к ним?

В.Л. Не знаю. Мы ведь мало общаемся. Когда война еще только начиналась, к нам были высланы финны из Ленинградской области - ингерманландцы. Там была одна семья, у них был сын - летчик. Перед началом войны он прилетел на гидросамолете. Не помню, забрал он их, или они переехали, но они в плен не попали. Когда война кончилась, здесь [в Петрозаводске] было много пленных, и они ходили в специальных ботинках. В основном к нам везли с Великой губы. В архиве есть список , кто в каком лагере был. Аля ездила брала там справку для выплат ветеранам.

Интервью:
Осипова И.

Лит. обработка:
Брянцева А.



Читайте также

Итак, в путь, в неведомое. Я, не приспособленная к дорожной жизни, осталась с детьми трех и шести лет, без близких среди эвакуированных; как говориться, между небом и землей. После войны прошло уже тридцать шесть лет, но того, что я испытала в то время, не забыть никогда.
Читать дальше

Не было есть. Жили на гнилой картошке. В общем, получилось так, что посеять – посеяли, а выбрать – не выбрали, и картошка – перезимовала. В земле, да. Зимой – неубранный урожай. Так мы что дорозумелися (не я дорозумелася – а другие люди: более такие умные). Ну, она перемёрзла – и из неё вытекла вода, осталася «косточка» такая...
Читать дальше

Затем нас всех погнали в гетто «Печора» под Винницей. Никаких газовых камер там не было, но люди ежедневно погибали десятками: от голода, непосильного труда, от тифа и других болезней. Недаром этот лагерь сами заключённые прозвали «Мёртвая петля»… Столько лет уже прошло, но я не могу без слёз вспоминать, как издевались над нами...
Читать дальше

Люди попрятались, кто куда успел. Мать осталась в машине, она не могла подняться. Когда вернулись, ее уже не было в живых. Ее и еще несколько трупов вынесли и положили рядом с дорогой. Хоронить, рыть мерзлую землю ни у кого не было сил. Нас погрузили в вагон. Павлик был совсем слаб. В вагоне люди умирали. Когда поезд остановился,...
Читать дальше

Сказали: «Собирайтесь». Из нашей семьи поехало пять человек: родители, я, сестра и брат. Было объявлено явиться на станцию Мельничный Ручей. Когда мы переезжали Ладожское озеро, то некоторые машины уходили под лед. Несколько месяцев нас возили по стране, даже не помню, что мы ели. Когда нас привезли на море Лаптевых, то через 7...
Читать дальше

Вернулись оттуда, и вскоре нас отправили на строительство оборонительной линии. В 70 километрах к западу от Казани есть такое село Кайбицы. И вот мы там рыли противотанковый ров, окопы, дзоты, землянки, таскали тяжеленные брёвна… Но морозы в тот год ударили рано, и эта работа, сама по себе тяжелейшая, превратилась просто в...
Читать дальше

comments powered by Disqus
Пехотинцы Пехотинцы Летно-технический состав Летно-технический состав Артиллеристы Артиллеристы Связисты Связисты Краснофлотцы Краснофлотцы Партизаны Партизаны Медики Медики Другие войска Другие войска Гражданские Гражданские Разведчики Разведчики Летчики-истребители Летчики-истребители Летчики-бомбардировщики Летчики-бомбардировщики Минометчики Минометчики Летчики-штурмовики Летчики-штурмовики Самоходчики Самоходчики ГМЧ («Катюши») ГМЧ («Катюши») Зенитчики Зенитчики Пулеметчики Пулеметчики Снайперы Снайперы Саперы Саперы Кавалеристы Кавалеристы НКВД и СМЕРШ НКВД и СМЕРШ Водители Водители Десантники Десантники Танкисты Танкисты