Санталайнен (Писпанен) Людмила Николаевна

Опубликовано 18 ноября 2015 года

3237 0

Я родилась 27 сентября 1921 года деревне Липово. Сейчас она входит в состав Соснового Бора. Отец работал приемщиком рыбы.     Я окончила 4 класса и начала работать дома, нянчить младшую сестру.   Мать все время болела и умерла в 1936 году. Нас осталось пять детей. Отец женился второй раз.

В 1937 году в деревне было много арестов. В один теплый летний вечер мы возвращались с танцев с друзьями. Нас остановили военные. Они арестовали моего двоюродного брата и еще двух девушек. Однажды я осталась ночевать у подруги. Мы чинили сети. Ночью пришли военные, перерыли весь дом, рылись в письмах подруги. Они разбудили ее 80-летнего глухого отца и увезли его. Больше его никто не видел.

Перед войной отец построил дом в деревне Кандикюля. Вся наша семья переехала в новый дом. Я начала работать в Шепелево на коптильном заводе, ходила пешком 4 км. Потом мне дали место в общежитии.

Известие о начале войны застало меня на рабочем месте. Сначала всю нашу семью отправили пилить лес. Потом в Шепелево  и в Карвалдае мы копали окопы. Нами руководили военные. В деревне появились беженцы, они выкапывали картошку из огородов.

На работе я сильно повредила ногу, пока болела, не получала пайка.  Деньги мы получали в Ломоносове, я попала под бомбежку. Самолеты налетели, как черная туча. Мы стояли под деревом, вокруг нас погибло много людей.  Наша деревня оказалась в блокаде Ораниенбаумского пятачка.

В начале войны военные увезли нашу корову. Мы собрали урожай картофеля. Отец хотел убрать его в яму. Пришел уполномоченный,  и  военные  забрали все. Уполномоченный угрожал  расстрелять, если не отдадим. Две недели мы жили без хлеба, из-за боев не было поставок. Мачеха нашла на чердаке шкурки. Их скоблили и варили. 

Две сестры из нашего колхоза, Маруся  и Тоня,  пошли  писать  заявление на фронт. Они позвали и меня. Я написала заявление. Полковник в военкомате сказал мне:

- Ты не пойдешь на фронт. Тебя там немцы повесят.

И разорвал мое заявление.

- Я тебя не пущу. Ты молодая  и красивая.

Я сказала сестрам, что меня не пустили на фронт. Сказала, что из-за того, что я финка. Теперь я думаю, что полковник пожалел меня. А сестры пропали без вести на фронте. У старшей сестры осталось двое детей. 

Я с 15-летним братом  Карлом  ходила ловить рыбу на Финский залив. Мы ставили сети рано утром, пока еще темно. Немецкие самолеты низко летали и  стреляли обычно в 2 часа дня.  Чтобы не погибнуть от пуль,  мы укрывались белыми простынями. Весь улов сдавали на заготовительный пункт. Домой нам разрешали брать поесть несколько рыбок.

28 марта 1942 года пришел уполномоченный,  нас всех выгнали из домов. Сети остались в море. Из Ломоносова по заливу нас перевезли в Лисий Нос. Мороз был – 28°С, а я осталась в осеннем пальто и резиновых ботинках. От холода спас шерстяной платок. Нас долго возили по стране, потом посадили на пароход. 6 июня 1942 года высадили в пустынном месте в районе Игарки. С нами были немцы, латыши. Мы спали под открытым небом на досках. Работать начали на ловле рыбы сетями.

 

Я познакомилась с военным, который служил здесь. Год мы дружили, и он сделал мне предложение. Мы пошли регистрироваться, но в последний момент, уже на пороге сельсовета, я подумала, что нам пока нельзя жениться, ведь идет война. Я сказала, что забыла паспорт. Вскоре его перевели в другое место. Через некоторое время я получила письмо, он звал приехать к себе. Но, несмотря на его ходатайство, мне не дали разрешения уехать, потому что я финка. Я долго плакала, ведь я его любила. А потом смирилась, и больше мы с ним не встретились.
В 1945 году нас отправили на Карское море. Мы шли пешком 240 км. По дороге мы узнали, что кончилась война.  Все очень радовались.  На Карском море я вышла замуж за своего земляка из нашей деревни, которого я знала с детства. В 1946 году у нас родился сын Бруно. Мы с мужем решили вернуться домой. Плыли на пароходе с заключенными, многие были вшивые, больные. Сыночек заразился и умер от тифа в Красноярской больнице. Мы собрались ехать дальше, а у нас забрали обманом все собранные на дорогу деньги. Пришлось продать все, что было, чтобы купить билеты. Так доехали до Новгорода. Там я устроилась на работу: солила и сушила рыбу, плела сети, чинила тралы. На родину мы вернулись в 1953 году.

Интервью и лит. обработка: Я. Э. Ильяйнен


Читайте также

Партизани по селах почувалися вільно. Пам’ятаю, 7 січня 1943 року в нашій хаті справляли Різдво. Оскільки моя бабуня Параска і моя мати пекли партизанам хліб, то вони часом до нас навідувалися. От і сидять на Різдво у нас гості, серед них і Дмитро Розбіцький, перекладач німця-агронома. Він знав німецьку мову, бо його мати була...
Читать дальше

Сказали: «Собирайтесь». Из нашей семьи поехало пять человек: родители, я, сестра и брат. Было объявлено явиться на станцию Мельничный Ручей. Когда мы переезжали Ладожское озеро, то некоторые машины уходили под лед. Несколько месяцев нас возили по стране, даже не помню, что мы ели. Когда нас привезли на море Лаптевых, то через 7...
Читать дальше

Память о войне близка мне ещё потому, что я - дитя войны. Всё началось в рождения 24 июня 1941 года, когда мне исполнилось 7 лет. Как семья военнослужащего я была эвакуирована с мамой и бабушкой (мать отца) в село Самодуровка Саратовской области. Сейчас это село называется Белогорное. На пути следования состав поезда был...
Читать дальше

Поселили к нам в дом немцев, а мы все на кухоньке маленькой ютились. И еды нет, и топить нечем. Я промышлять ездила по станицам, цеплялась за вагоны. Везла вещи, меняла на продукты – пшеничку, кукурузу, овёс. В станицах у людей были продукты, а мы им одежду несли – ботинки, штаны, рубашки. Ходила пешком по восемнадцать километров. В...
Читать дальше

8 июля 1941 года в Колки приехали немцы на бронемашинах, мотоциклах и велосипедах. Боев никаких не было. Наш дядя, Федор был секретарем Колкинского райкома комсомола, и он сразу начал скрываться, потому что полицаи стали его гонять как коммуниста. В полицаи пошла молодежь, а мой дядя в числе других вскоре ушел в лес, где создал...
Читать дальше

Немцы вошли в хату, собака унюхала мясо и давай на нас прыгать. Мы на печке сидим, ревем, но мяса за нами не видно. Офицер сказал, чтобы чердак проверили, так, когда немец наверх полез – мать потеряла сознание, знала, что сейчас немец спустится, нас построят и однозначно расстреляют. Все затаились, ждут. Жандарм с чердака...
Читать дальше

comments powered by Disqus
Пехотинцы Пехотинцы Летно-технический состав Летно-технический состав Артиллеристы Артиллеристы Связисты Связисты Краснофлотцы Краснофлотцы Партизаны Партизаны Медики Медики Другие войска Другие войска Гражданские Гражданские Разведчики Разведчики Летчики-истребители Летчики-истребители Летчики-бомбардировщики Летчики-бомбардировщики Минометчики Минометчики Летчики-штурмовики Летчики-штурмовики Самоходчики Самоходчики ГМЧ («Катюши») ГМЧ («Катюши») Зенитчики Зенитчики Пулеметчики Пулеметчики Снайперы Снайперы Саперы Саперы Кавалеристы Кавалеристы НКВД и СМЕРШ НКВД и СМЕРШ Водители Водители Десантники Десантники Танкисты Танкисты





рамные строительные леса купить цена бу