Рачкевич Станислав Игнатьевич

Опубликовано 30 марта 2012 года

5355 0

Родился я в 1912 году Минске, в районе Золотая Горка, тогда это была деревня. Всего нас в семье было четверо детей, старшая сестра, я, младшая сестра и брат. Когда я родился, родители жили на съемной квартире, а в 1920 году, во время польской оккупации, родители перебрались в деревню Острошицы, где у родителей были земля и постройки, но они были временно отданы, но они тогда были отданы в аренду. Родители занимались хозяйством, а я был пастушонком, кроме того отец нанимал учительницу, чтобы она занималась мной. А в 1927 году отец отвел меня в Острошицкую школу, она тогда четырехкомплектной была – 4 класса и 4 учителя, и я сразу пошел в третий класс.

После окончания 4 класса Острошицкой школы, отец отправил меня в Острошицко-Городецкую семилетнюю школу, в райцентре Острошицкий городок и там я учился до 7 класса. В 1932 году, мне тогда уже 20 лет было, я окончил семилетку и некоторых из нашей школы отобрали для учебы в педагогической школе, которая тогда была в Минске, там где сейчас Дворец Республики. До войны там было красивейшее здание. На педагогических курсах мы занимались 6 месяцев, мне тогда 20 лет уже было и я кое-что понимал, так что занимался я неплохо, поэтому после окончания курсов меня направили заведующим Синиловской школы Коралищевического сельсовета, Минского района.

Я был заведующим школы и вел 2-й и 3-й классы, а после окончания учебного года я познакомился со студентом Марьиногорского техникума и он сагитировал меня поступать в этот техникум на агронома.

Я поступил в техникум и год отучился там, а на каникулах, вот судьба, ознакомился с студентом Белорусской сельскохозяйственной академии в Горках. Я тогда уже понял, что без знаний никуда, и в техникуме учился на отлично, поэтому меня взяли на подготовительные курсы академии. Два месяца я занимался на подготовительных курсах, а потом сдал экзамены в академию и отучился там пять с половиной лет.

А в академии еще была военная кафедра, там готовили летчиков-наблюдателей и штурманов. На эту кафедру принимали тех, кто прошел по здоровью и социальному происхождению и меня приняли на эту кафедру, там человек 80-100 училось. Мы изучали штурманское дело, рассчитывали расстояние до цели, высоту бомбометания, а летом те, кто не прошли на кафедру, на каникулы, а мы в Болбасово под Оршей, там авиадивизия стояла, на летную практику, сначала на У-2, а потом на СБ, «Софья Борисовна» их называли.

В 1939 году я с отличием окончил академию, получил дипломом агронома и званием младшего лейтенанта запаса, и меня направили МТС Бучачского района, это около Волковыска. Бучачский район – он лидером был, мы в 1939 году такой урожай собрали, что попали на ВДНХ.

15 июня 1941 года меня призвали на военные сборы в штурмовую авиадивизию, которая близ Минска стояла, надо сказать в этой дивизии некомплект был 50%, должно было быть не менее 40 самолетов, а было 20. А 22 июня…

У меня в Минске знакомая девушка жила и я думал, что смогу встретиться с ней, 22-е же выходной был. А тут в 4 часа утра боевая тревога. И по этой тревоге мы должны взять оружие, которое у нас было, и имущество… И больше мы в казарму не возвратились. 23 или 24 нашу дивизию перебросили в Могилев.

Нас перебросили в Могилев, и оттуда мы уже стали совершать первые полеты, на разведку. Сперва летали кадровые и там такой случай был – послали СБ, летчик, штурман и стрелок-радист, а оповестительных знаков в первые дни не было. Наш истребитель его увидел и решил, что это немец летит, открыл по нему огонь и ранили стрелка-радиста. СБ еле до нашего аэродрома дотянул и сел, летчик, не заруливая на стоянку, вылез из кабины и за пистолет, а тот истребитель, что его подбил, тоже сел. Летчик с СБ к истребителю и хотел его пристрелить: «Что ты стреляешь, ты не видишь, что свои? Флаги и все такое, и окраска, все!» А он говорит: «Откуда я знаю, откуда мне это видно». Ну, вмешался командир дивизии. Вот такой был случай.

Потом на разведку стали летать и мы, призванные перед войной, но эту дивизию быстро расформировали, в ней мало осталось личного состава и материальной части.

Меня направили в новый полк ночных бомбардировщиков, который формировался в городе Вольск Саратовской области и там мы тренировались на ночные полеты до января месяца, а потом нас направили в дивизию ночных бомбардировщиков. Сначала нас направили в Казань, за самолетами, там получили самолеты, уже Пе-2, по сравнению с СБ он сложнее был – скорость выше, сложнее вести расчеты, а из Казани в Ростов-на-Дону, не в сам город, а в пригород, там нас разместили и мы начали летать на бомбежку. Днем занимались или отдыхали, а вечером техники подвешивали бомбы, штурманы прокладывали маршрут, расстояния, время сбрасывания бомбы и летели. А в мае меня перевели в другую часть.

В то время Америка давала самолеты для фронта и их надо перегнать было. Гнали с Дальнего Востока – Владивосток – Красноярск – Чита и сюда, на фронт. И я был поставлен диспетчером летчиков, которые перегоняли американские самолеты из Владивостока сюда на фронт.

С летной должности я попал в эту должность, которая перегоняла самолеты. И пошла моя другая работа. И я вот работал в этом год, наверное, диспетчером или дежурным, как его называть, по перегонке самолетов.

Но там я пробыл не больше года, а потом меня послали в командировку. Наша часть подчинялась Забайкальскому военному округу, меня вызвали в штаб округа, и определили там начальником по перелетам Забайкальского военного округа.

Там я прослужил до 16 марта 1946 года. Война уже закончилась и я подумал: «Звание небольшое, лейтенант, кончил академию сельскохозяйственную, работа там такая. А военная у меня должность небольшая…», и попросился демобилизовать. А у меня в штабе округа однокашник служил, с которым я академию заканчивал, и он включил меня в список, а что, командующий будет смотреть Рачкевича там какого-то? Подмахнул. И я 16 марта 1946-го года демобилизовался.

Сразу приехал я в Минск, тут я на военный учет встал и пошла у меня гражданская работа.

В Бучачскую МТС я не поехал, у меня знакомые работали в Министерстве сельского хозяйства и я туда на работу устроился, главным агрономом отдела, потом начальником отдела кормов, а потом меня послали заместителем начальника Гродненского областного управления сельского хозяйства. Там я проработал два с половиной года, а оттуда меня перебросили в Госплан. И в Госплане я работал начальником отдела планирования сельского хозяйства пять лет. Потом, после Госплана, я опять попал в Министерство сельского хозяйства и работал на разных должностях. И в 1972 году я ушел на пенсию. Персональный пенсионер республиканского значения.

Интервью и лит.обработка:А. Пекарш


Читайте также

Но я лично, во-первых, выбирал такое направление, где меньше кораблей охранения. Во-вторых, когда ложился на боевой курс, и уже начинали по мне стрелять, я резко менял высоту, «нырял». Иногда снижался до 5, даже до 3 метров, так что сзади шёл бурун по воде. Но только так, чтобы не сбивать боевой курс! Они не успевали прицелиться. А...
Читать дальше

Самое главное - это учет направления и скорости ветра. Второе - учет высоты. От определения какое атмосферное давление на какой высоте зависит скорость полета. А подтверждалось это уже визуальным наблюдением при подходе за сто километров, взяли курс на эту цель, выход на цель, уже курс не меняли, но после того курс не меняли. Вот...
Читать дальше

Подлетаю, высота метров 10-20 и тут пара «мессеров» давай меня гонять. Так можно было бы со ШКАСА шурануть, а сзади никого. Один зашел, я увернулся. Головой кручу на 360 градусов. Где еще один? Смотрю, еще что-то мелькает в воздухе. Вдруг на земле взрыв. Четверка наших «яков»! Второй немец наутек, «яки» за ним. А мне надо садиться в эту...
Читать дальше

Вот как-то мы идем, подошли к деревне - не то, что наши деревни, где дома с соломенными крышами. Тут все под черепицей. Скот ревет, свиньи визжат, куры кудахчут, никого в деревне нет. В один дом зашли с Пашкой. Женщина и девушка, видимо дочка, увидели нас, все дрожат. Мы немецкий язык немного изучали. Она говорит: "Меня, только дочку...
Читать дальше

Приехал я в свою часть 21 января 1945 года. Это день памяти Ленина был. В части началось торжественное траурное собрание. Я заглянул в дверь, замполит выступает и мне неудобно заходить. Когда он кончил и сел, я потихоньку вошел, высматривая моих ребят. Я им писал из спецпроверки, где я нахожусь. И тут:- Володька! Ура!Какой тут траур по...
Читать дальше

Перед целью на высоте 3000 метров мы должны были вытянуться в правый пеленг и с пикирования атаковать мост. Первый самолет выходил с левым разворотом и заходил в хвост последнему, замыкая круг. У каждого было подвешено по четыре бомбы. Полбин сказал: "Будем сто раз пикировать. Кто-нибудь да попадет". Хотя, потом, когда я...
Читать дальше

comments powered by Disqus
Пехотинцы Пехотинцы Летно-технический состав Летно-технический состав Артиллеристы Артиллеристы Связисты Связисты Краснофлотцы Краснофлотцы Партизаны Партизаны Медики Медики Другие войска Другие войска Гражданские Гражданские Разведчики Разведчики Летчики-истребители Летчики-истребители Летчики-бомбардировщики Летчики-бомбардировщики Минометчики Минометчики Летчики-штурмовики Летчики-штурмовики Самоходчики Самоходчики ГМЧ («Катюши») ГМЧ («Катюши») Зенитчики Зенитчики Пулеметчики Пулеметчики Снайперы Снайперы Саперы Саперы Кавалеристы Кавалеристы НКВД и СМЕРШ НКВД и СМЕРШ Водители Водители Десантники Десантники Танкисты Танкисты