Задорожный Иван Михайлович

Опубликовано 28 мая 2013 года

5697 0

Родился 20 июня 1925 года в селе Давыдовка Максимовского сельсовета Карловского района Полтавской области. До войны окончил 5 классов (после войны, в 1956 году, окончил школу рабочей молодежи в городе Кохтла-Ярве в 1965 году). До войны был выслан в Онежский район Архангельской области. После смерти родителей воспитывался в детдоме. 2 января 1943 года был призван в ряды Красной Армии. Служил в составе запасного стрелкового полка в городе Муроме. Затем продолжил службу в 618-м армейском минометному полку Резерва Главного Командования наводчиком миномета (5-я батарея, 2-й дивизион). В его составе принимал участие с 15 сентября 1943 года в боевых действиях на Прибалтийском фронте. В феврале 1945 года переведен старшим телефонистом в 1945-й гаубичный артиллерийский полк Резерва Главного Командования, в составе которого участвовал в боях на Прибалтийском фронте до апреля 1945 года. Затем служил автоматчиком в составе 7-го гвардейского стрелкового корпуса (апрель 1946 — апрель 1947), в войсковой части 5/952 (апрель 1947 — март 1950 г.) Военную присягу принял 18 марта 1943 года при 618-м армейском минометном полку. 17 марта 1950 года постановлением Совета Министров СССР от 28 января 1950 года был демобилизован из рядов Вооруженных Сил СССР. Был награжден медалями «За отвагу» и «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» После войны переехал жить в город Кохтла-Ярве Эстонской ССР, работал на шахтах: на Кява, на шахте № 6 и на шахте «Эстония». В Кохтла-Ярве в настоящее время и проживает.

- Для начала, Иван Михайлович, расскажите о вашей предвоенной жизни.

- Я родился на Украине. Ну и крестился там. А воевать пришлось, в общем, за того парня в 1943 году.

- Помните украинский голод? У вас он был?

- Нет. Нас, как говорится, во время голода выселили в Архангельскую область, и там, значит, и умер отец, и умерла мать, и нас, значит, забрали в детский дом, и я воспитывался в детском доме. И в армию меня уже в 1943 году взяли..

- Войну вообще ждали?

- Да ну! Нет, не ждали. Как и кто ее там ждал? Кто ждал? Не ждали.

- Вы сказали, что воевать пришлось вам за того парня. У вас с этим связана была история какая-то?

- Конечно! Я, как бы вам это сказать, на войну попал в 1943 году. Не 1-го января, а 2-го. Так что воевал, почему я сказал, за того парня? Потому что я работал на Кировской железной дороге, или как она там называется, и работал, кстати, на складе топлива. И нас, кто там работал, по приказу Сталину не должны были в это время брать в армию. А меня все равно как бы взяли.

- Направили вас куда?

- Ну когда я попал в запасной полк, в город Муром, который на реке Оке расположен, значит, проходил ну как бы курс молодого бойца. Ну и после этого на фронт попал...

- Вас много гоняли там вообще?

- Да как бы сказать: гоняли...? День и ночь нас гоняли. Вот такие были дела. Потом, после этого Мурома, когда мы в Муроме-то курс молодого бойца прошли, отправили на фронт. Тогда на фронт, знаете, брали так. Если большой ты по росту — значит, в пулеметчики тебя записывали, а если ты маленький, как я был — в минометчики. Помню, взяли меня в армию. , Так вот, когда мы на комиссии были, тот человек, который мерил меня по росту, бывает, посмотрит и говорит: «Ой нет! Ты ростом - метр 49.» Потом с другой стороны посмотрит и скажет: «Нет, метр 50.» А тех, у которых был рост метр 49, в армию не брали, а с ростом в метр 50 уже брали. Ну и меня там в Муроме зачислили в минометчики: минометная была рота такая. И вот с этими минометчиками я носил 50-миллиметровый миномет, потом — 82-миллиметровый миномет. И попал на фронт я под Великие Луки. Там эти Великие Луки были в таком положении, что их вообще как бы не было. Один только вокзал был, который остался. Остального ничего не было.

- То есть там разрушения сильные были?

- Да вот от этого города там, знаете, ничего и не осталось. Он девять, если не десять раз переходил из рук в руки. И вот там, видите ли, от этих Великих Лук уже не оставалось ничего. Потом из под Великих Лук я попал в Невель, - там, значит, город такой есть, который так называется. И вот этот Невель тоже там переходил из рук в руки. Невель-2, - так называлась там грузовая станция, которая там и была. Мы там, значит, стояли. И потом, уже после этого, попал я под Пушгоры. И вот в этих Пушгорах мы, значит, пошли в наступление и освобождали этот город Остров. И этот Остров когда освободили, то тогда взяли после этого как бы на Ригу направление. Ну там меня после этого, как Остров взяли, направили в гороховецкие лагеря. В этих гороховецких лагерях мы получили эти машины-полуторки. А с этой полуторки вся деревянная была кабина. Все это было брезентовое. И тогда же меня и ранило.

- А как и куда вас ранило?

- А меня в бедро ранило. Так там меня ранили, знаете, в общем, так. Мы стреляли. И вот заряжающий нас обоих ранил. И тогда я попал в лечебный госпиталь легко раненых. С этого госпиталя меня направили в госпиталь в Ригу, я там какое-то время лежал, а потом 2-го февраля меня выписали. И снова попал я на фронт, но уже в связисты. И вот в связистах я уже кончал войну. Потом хотели нас отправить в Японию. С Японией тогда, значит, война началась. Но потом передумали и нас в Прибалтику сюда направили. И тут в Прибалтике я отслужил до демобилизации.

- Где самые тяжелые бои были у вас?

- Ну как про это сказать? Самые тяжелые бои — это бои и под Невелем, и в Великих Луках, и под Ржевом. От Ржева, кстати, там осталось, можно сказать, только одни ворота на кладбище. И всё.

- Какими были потери у вас во время войны?

- Да кто там их, эти потери, считал? Потери как у всех были. Так что не знаю про это ничего.

- Но у минометчиков все-таки меньше были потери, чем в пехоте?

- Ну это-то кто нам говорил? В общем, все думали на фронте, как бы выжить, а кто выжил - тот и выжил.

- Как убитых хоронили?

- Ну как? Хоронили убитых так, что, как говорится, кого как похоронят. Тут, помню, при батарее у нас были татары. Интересно, как у них, у этих татар, значит, погибших хоронили. Значит, они копали могилу сначала прямо, а потом - в бок. Ну и там вместе с убитым его пожитки клали. А потом все заплетали и только тогда всё засыпали этой землей. Вот такие дела. Так и копали: сначала прямо, а потом в бок. И клали его, этого погибшего, там. Ну это когда время было для этого, только тогда так и хоронили. А так - в этой общей могиле хоронили... Немцы в другой раз, особенно — летом, тоже хоронили своих погибших. Так, помню, бывало такое, что договариваются немцы с русскими о том, что, мол, уже дышать нечем, такой смрад. Тогда этих с нейтралки людей собирали, немцы - своих, русские - своих, и закапывали в братские могилы. Там уже это похоронное бюро шинеля снимало, все это, значит, везли куда-то там. И немцы тоже так же делали. После этого воздух немножко почище становился: хоть дышать было чем. А так...

 

- Как называлась ваша часть, в составе которой вы воевали?

- А я воинской части не знаю. 51932 — это воинская часть наша была, откуда я демобилизовался. А так у нас был 618-й армейский минометный полк Резерва Главного Командования.

- Вас награждали на фронте?

- У меня есть медаль «За отвагу». Потом я отдал ее своим ребятишкам. А потом, после войны, наградили меня еще орденом Отечественной войны 1-й степени.

- А медаль «За отвагу» за что вам дали?

- А там медаль как и за что давали? Мы освобождали этих военнопленных как бы. Вот за это медаль дали мне. А потом Отечественную войну 1-й степени дали. Ну а так-то вообще медалей-то много у меня.

- Под бомбежки, обстрелы как часто попадали на фронте?

- Да это было, как говорится, каждый день. Особенно когда ночью, так сильно бомбили. А еще они тогда фонари такие бросали. Из-за них видно было как, можно сказать, днем. Вот такие дела!

- Потери в основном из-за этого несли, из-за бомбежек и обстрелов?

- Да все там вместе было. А снайперы тоже действовали — этого особенно много было, когда связистом я был. Вот бывало так, что у связистов где-нибудь перебьет кабель, а там - связка кабелей вот таких-то больших. Или - где-нибудь в лощине, значит, перебьет. Связисты идут эту связь налаживать, а он, снайпер этот, по нашим бьет. А все равно шли...

- Вшивость была на фронте?

- Все там было.

- Какие были минометы у вас на фронте? 82-миллиметровые?

- Нет. Были у нас в основном 120-ти. И было сколько-то этих 240-миллиметровых. Те 240-миллиметровые — так они так себе были. А этот-то, значит, работал так, что в него не со ствола мину заряжали, а с казенника. И очень много с ними надо было возиться, с этими 240-миллиметровыми. А этот-то 120 был в большинстве: он, как говорят, самый ходовой был. И он 120-ти миллиметровый был. А стодвадцатка работала эта так: если осечка получалась, то надо было через казенник вытаскивать мины. Вот такие дела.

- Стреляли по каким целям?

- Ну командир батареи стрелял у нас по немецким целям. Они стреляют по нам, а мы по ним, вот такие дела. Кто кого берет.

- Часто перемещались?

- Ну дак как придется.

Задорожный Иван Михайлович, великая отечественная война, Я помню, iremember, воспоминания, интервью, Герой Советского союза, ветеран, винтовка, ППШ, Максим, пулемет, немец, граната, окоп, траншея, ППД, Наган, колючая проволока, разведчик, снайпер, автоматчик, ПТР, противотанковое ружье, мина, снаряд, разрыв, выстрел, каска, поиск, пленный, миномет, орудие, ДП, Дегтярев, котелок, ложка, сорокопятка, Катюша, ГМЧ, топограф, телефон, радиостанция, реваноль, боекомплект, патрон, пехотинец, разведчик, артиллерист, медик, партизан, зенитчик, снайпер, краснофлотец- Маскировали минометы?

- Да конечно, маскировали. Да это что за маскировка была? Все равно было так, что они по нам стреляют, мы — по ним. Взаимно связано было все.

- Кормили вас как на фронте?

- А кормили как придется. Значит, старшина приносит на батарею этот хлеб. Он там по 800 граммов был. И всегда этой палочкой вдобавок припекал, значит, он хлеб.

- А 100 грамм выдавалось вам перед боем?

- Какие там 100 грамм были? Там 100 грамм было воды, и то, как говорится, только чтоб пахли. Вот такие 100 грамм, как говорится, были. А никаких там 100 грамм нам не давали.

- Это обычно перед наступлением давали?

- Да это было во время, как говорится, когда морозы такие стояли крепкие. Дак в это, значит, время нам их должны были давать.

- Нацмены воевали с вами?

- Конечно, там все были у нас. И латыши, и литовцы, эти латышские, литовские корпуса особенно воевали. Особенно там они были. И никаких там не было случаев, чтобы были конфликты. Один другого уважали.

- Боеприпасов всегда хватало? Или было, что не хватало?

- А мы за боеприпасами, как говорится, сами ездили. На батарею, когда минометчиком был, то, значит, ездили. Помню, с батареи одна машина едет и там снаряды везет. Вот такими путями мы и выживали на фронте...

- О политработниках что можете сказать?

- Ну комиссары в каждом полку были. Например, наш был 618-й армейский минометный полк. Конечно, там был политрук и, и командир полка.

- Как относились вообще к политрукам?

- Конечно, нас, солдат, не спрашивали. Мы выполняли свою обязанность. Я был наводчиком, первым номером, ну и там делал вот что: хорошо стрелял, вот этим и жили все мы.

- В Прибалтике вы местное население встречали?

- Да там они, как бы сказать, уходили в леса, это местное население. А так, чтобы они встречались, никто этого не позволял, чтобы они там болтались.

- Говорят: тут, в Прибалтике, немцы сильно сопротивлялись.

- Да никто тут не сопротивлялся особенно.

- С пленными имели дела?

- А нет, мне с пленными — нет, не приходилось дело иметь. Когда я воевал, там уже не то что раньше было. Это когда их брали в плен. А уже в 1943-м году тут некогда было возиться с ними, с этими пленными.

- Расскажите о том, как сложилась ваша жизнь после войны?

- Да после войны я служил тут в Прибалтике: в Валга сначала, а потом с Валги нас перебросили или перевели в Клоога. А с Клоога, значит, я уже демобилизовался. В общем, я отслужил в армии 7 лет, 2 месяца и 18 дней.

- После армии сразу и остались в Эстонии?

- Да, тут так и остался. Вот, значит, здесь, в Кохтла-Ярве появился. На шахте Кява работал, потом — на 6-й шахте. Но в основном,конечно, работал на шахте «Эстония». Вот вся моя жизнь так прошла...

- Спасибо, Иван Михайлович, что согласились побеседовать.

Интервью и лит.обработка:И. Вершинин


Читайте также

Нигде так, как на войне, человек не нуждается в тесной дружбе и товариществе, даже солдатский котелок рассчитан на две порции супа. Шинелью можно двоим укрыться, плащ – палатка на двоих. Если лежишь раненый, то затащить в затишье, принести поесть, подать попить может друг. Друг на войне – это жизнь. У меня, за мою военную службу, в...
Читать дальше

Я бегу к миномёту и одну за другой пускаю мины, уже не глядя на установку прицела. Вдали вижу Юрку. Он возится у миномёта: плиту засосало в болото, и труба никак не опускается до нужного прицела. У Николая как будто всё в порядке. Одна за другой с его миномётов летят мины. Я уже не командую. Связи с Булгановым нет. И Юрка, и Николай...
Читать дальше

И мы побежали к НП, фактически навстречу немцам. Подбегаем к окопчику, на его дне лежит «потерявшийся» связист и … спит!. Схватили его за шкирку, и перебежками назад, к стрелкам. За нами бугор. Танки снова пошли на нас. И в это время на бугор выезжают «катюши» дивизиона, и дают залп прямой наводкой по танкам. Вокруг все в огне и...
Читать дальше

Было один раз - танкисты встретились, разведчики-танкисты. Мы вышли, а у нас получилось, что пехоты-то нет. Мы с ними встретились, они говорят, что в деревне немцы: «Они сейчас обедают, надо их как раз перебить». Иначе потом потери будут. А мы куда? У нас миномёты, у каждого - что ни деталь, то 20 кг. У меня, наводчика 19 кг. ствол и 2 кг....
Читать дальше

А мы все в открытых окопах. Чтобы как-то уберечься от дождя, некоторые в стенке окопа делали себе нишу. Но я не делал, потому что видел, когда близко разрывалась мина или снаряд, то ниша обваливалась и заваливала. Причём человека вытаскивали уже мёртвым. Плащ-палатки выдали только 82-х миллиметровым миномётчикам и станковым...
Читать дальше

Мы вели на плацдарме непрерывный огонь по отступающим от Днепра немцам, и у меня во взводе один миномет разорвало. За бои на днепровском плацдарме я был награжден орденом Красной Звезды. Что интересно, когда нас вывели с плацдарма, и я доложил начальнику артиллерии полка, а затем начальнику арт. технического вооружения полка о...
Читать дальше

comments powered by Disqus
Пехотинцы Пехотинцы Летно-технический состав Летно-технический состав Артиллеристы Артиллеристы Связисты Связисты Краснофлотцы Краснофлотцы Партизаны Партизаны Медики Медики Другие войска Другие войска Гражданские Гражданские Разведчики Разведчики Летчики-истребители Летчики-истребители Летчики-бомбардировщики Летчики-бомбардировщики Минометчики Минометчики Летчики-штурмовики Летчики-штурмовики Самоходчики Самоходчики ГМЧ («Катюши») ГМЧ («Катюши») Зенитчики Зенитчики Пулеметчики Пулеметчики Снайперы Снайперы Саперы Саперы Кавалеристы Кавалеристы НКВД и СМЕРШ НКВД и СМЕРШ Водители Водители Десантники Десантники Танкисты Танкисты