Хаскельберг Борис Лазаревич

Опубликовано 14 июля 2006 года

18027 0

Защитить Ленинград

В августе 1941 года враг уже оккупировал Ленинградскую область и рвался к Ленинграду. Наша 109-я стрелковая дивизия получила приказ остановить фашистские войска на одном из ближайших подступов к городу, под Урицком.
Недалеко Кировский завод - в то время один из важнейших источников военной силы. Задержать, остановить наступление немцев на этом направлении - задача дивизии. Позади Ленинград. Черные столбы дыма стояли над ним - горели продовольственные склады, подожженные врагом, и ежедневно в одно и то же время начинались артобстрел и бомбежки города. Мы знали: город живет, и судьба его зависит от нашей стойкости и мужества.
Наша дивизия остановила наглого противника на ближайших подступах к Ленинграду, обороняла его вплоть до полного снятия блокады в январе 1944 года.
В тяжелейших условиях блокады, благодаря беспредельному мужеству солдат и офицеров, отстояли Ленинград.

Блокадный город

Мне пришлось быть в блокадном Ленинграде два или три раза. Один раз - 7 ноября 1941 года. Двое представителей от нашего полка были приглашены в Смольный, на торжественное заседание, посвященное годовщине Октября. Трамваи уже не ходили, и мы отправились пешком через весь город. С болью в душе смотрел на пустые улицы, разрушенные и израненные дома. В то время ленинградцы еще не умирали от голода, но уже испытывали все тяготы блокированного города. А на торжественное заседание мы так и не попали. В целях безопасности оно было перенесено из-за систематических бомбежек Ленинграда немецкими самолетами.

Голод

После ранения на финской войне. Курорт в Хилово. Б.Л. Хаскельберг - стоит.

В долгие блокадные месяцы мы испытывали острый недостаток во всем, начиная от вооружения и боеприпасов, кончая продовольствием. Получали небольшой ломтик “хлеба” из целлюлозы, жмыха и других примесей, который мы называли “дуранда”, такой же кусочек сухаря и жиденький суп. В отличие от некоторых сослуживцев, я не съедал все сразу, пытался разделить пайку на 2-3 части: вдруг выживу, и оставшийся кусочек мне еще пригодится.
Чтобы не пухнуть с голоду, мы устраивали вылазки на пригородные участки, с которых ленинградцы не успели убрать овощи, выползали на нейтральную полосу в белых маскхалатах, с салазками. Если удавалось, привозили мерзлые кочаны капусты, иногда еще каких-нибудь овощей, и это нас поддерживало. Не все возвращались из этих рейдов. Немцы освещали нейтральную полосу ракетами, и, заметив движение, открывали минометный и пулеметный огонь. Потом, когда открыли “дорогу жизни” чере Ладогу, паек увеличили. Но даже в 1942, в 1943 годах, когда мы уже получали по 300 или по 500 граммов хлеба, очень долго не могли наесться. Вроде бы, уже проглотил свою пайку, а все равно голодный.

Тяжелое ранение

Я был ранен четырежды: один раз - во время тяжелейшей советско-финской войны и трижды в Отечественную. Последнее, самое тяжелое ранение меня настигло под Выборгом 21 июня 1944 года. Как старшему сержанту мне дали молодых, необстрелянных солдат и отправили на передовую. Заняв позицию, мы стали готовить себе окопчики. Кто соседи слева, справа - не знаем, указаний никаких. Впереди - лесная опушка. Немцы. Наша задача - выбить их оттуда. Как только мы начали ползком двигаться по нейтралке, немцы, заметив  движение, открыли огонь. Я был ранен пулей в правое бедро, самостоятельно двигаться не мог. Мне в который уже раз повезло: спасли мои новобранцы: двое солдат, рискуя собственными жизнями, уложили меня на плащ-палатку, сначала ползком, а потом поднявшись, донесли до ближайшего медпункта. Ранение приковало меня к больничной койке на долгие месяцы, сначала в ленинградском госпитале, затем был эвакуирован на Урал, в город Ирбит. Госпиталь располагался в помещении школы и был, естественно, мало приспособлен для лечения раненых. Но нужно отдать должное медперсоналу госпиталя: они делали все, что было в их силах. В погожие дни, например, меня в гипсе на носилках выносили на улицу подышать свежим воздухом…

Победа

После ранения меня признали инвалидом второй группы и на костылях я вернулся в Ленинград. В 1945 году был зачислен на 2 курс Ленинградского университета, жил в общежитии. 9-го мая рано утром весь город знал о победе. Конечно, все давно ждали, что вот-вот война кончится. И, тем не менее, когда пришла весть о победе, все общежитие высыпало к главному корпусу университета. Трудно передать чувство радости и единения, охватившее всех советских людей. В последующие дни я видел приезжавших с фронта солдат на грузовиках, как их встречали с цветами, родственники и незнакомые обнимали их и плакали от радости….
Фронтовые годы незабываемы, они навсегда сохранились в памяти. И мы этой памяти верны.
Война - тяжелейшее и многогранное испытание, требующее от солдата стойкости, мужества и умения воевать, которое совершенствуется в ходе боевых действий. Героев, как известно, рождает обстановка, но ими становятся лишь те, кто обладает указанными качествами.
Трудно выразить словами печаль и трагизм состояния, когда на твоих глазах умирает от пули или осколков рядом находящийся в окопе, траншее или на марше товарищ и ты, пока еще живой, не можешь даже толком проститься с ним. Обстановка требует двигаться вперед.

Источник
Материалы из книги "Мудрость Победы", готовящейся к изданию АМК
"Сибирский проект" (г. Томск)



Читайте также

Каждую ночь на одной или двух лодках мы отправлялись в разведку, основная цель которой взять языка. Все попытки переправы заканчивались трагически. Как только до берега занятого немцами оставалось десять-пятнадцать метров, нас начинали расстреливать немецкие автоматчики, а с высокого берега били минометы. В это время река...
Читать дальше

Гранат у нас не было вообще, а патронов оставалось совсем мало, но мы не отходили. Среди латышей был солдат, который говорил по эстонски и через него нам предложили сдаться, но ни один не поднялся и не пошел, мы надеялись, что помощь придет. После полудня нас начали накрывать минами, а затем появился немецкий танк и пехота. Ребята...
Читать дальше

А потом привезли под Варшаву и погнали на эсэсовцев. Там была дивизия СС, они в бой шли пьяные. Ну и мы тоже – нам водку дали, так мы котелками, кружками пили. Выпиваешь – и вперед. Ну, нас вооружили хорошо – автоматы у нас были, пулеметы танковые, ручные. Мне дали СВТ со штык-ножом. И пошли… Ну, немца я в плен не брал. Я мстил. Иногда...
Читать дальше

В атаку пошли, я бегу, на ходу стреляю, а мне навстречу бежит солдатик и во всю орет "Мама". Его оказывается зацепило осколками или пулей по щеке, орет неприятно, бежит обратно. Я побежал вперед - закон такой. Добежал я до большака, а все то ли к земле прижались, то ли никого вообще не осталось, меня это смущало. Ни справа, ни...
Читать дальше

Открываем огонь по окнам, амбразурам. Под его прикрытием врываемся в подвал здания, соседнего с "домом Гиммлера". По развалинам достигаем улицы Кронпрннцерштрассе, откуда уже были видны Рейхстаг и вся площадь Кенигсплац. Она изрыта траншеями, исковеркана воронками, усеяна остовами сгоревших машин. Из парка Тиргартен...
Читать дальше

Потом опять зима началась, и я решил вернуться в лыжный батальон, а там мест нет. Ну ладно, решил пойти командиром взвода, чуть пониже. И мы были разбиты, попали в окружение. Батальон погиб, осталось нас очень мало - пятьсот человек, сливки дивизии, все молодые погибли.

Читать дальше

comments powered by Disqus
Пехотинцы Пехотинцы Летно-технический состав Летно-технический состав Артиллеристы Артиллеристы Связисты Связисты Краснофлотцы Краснофлотцы Партизаны Партизаны Медики Медики Другие войска Другие войска Гражданские Гражданские Разведчики Разведчики Летчики-истребители Летчики-истребители Летчики-бомбардировщики Летчики-бомбардировщики Минометчики Минометчики Летчики-штурмовики Летчики-штурмовики Самоходчики Самоходчики ГМЧ («Катюши») ГМЧ («Катюши») Зенитчики Зенитчики Пулеметчики Пулеметчики Снайперы Снайперы Саперы Саперы Кавалеристы Кавалеристы НКВД и СМЕРШ НКВД и СМЕРШ Водители Водители Десантники Десантники Танкисты Танкисты