Дементьев Николай Иванович

Ст. матрос Дементьев Н.И. 1940 г.

Я родился 20 мая 1920 г. в г. Калинин (ныне Тверь). Родители мои были простыми рабочими, отец трудился мастером текстильной промышленности, которая была в то время в родном городе очень развита. Он был коммунистом, участником Первой Мировой и Гражданской войн, в которой сражался против Колчака в составе армии Блюхера, имел звание ефрейтора и на фото я видел отца в погонах с 2 лычками. Вообще же отец был хорошим мужиком, в жизни просто замечательный человек, у меня его характер. Мать была простая домохозяйка, жили мы неплохо, даже голод когда был, особенно на Среднем Поволжье, наша семья продолжала жить нормально.

В школу № 7 я пошел в 8 лет, первой учительницей была Варвара Никифоровна, урожденная тверчанка. Это была учительница старой закалки, такая строгая женщина. Из школьных предметов я очень полюбил историю и географию. Как-то в пятом классе я читал на уроке, и учительница Мария Федоровна мне строго так сказала:

- Дементьев, а ну-ка повтори, что мы сейчас говорили?

Я только раз, и повторил все в точности. У меня с детства так было, что я умел одновременно и слушать и читать. Похвалила тогда Мария Федоровна меня. В общем, я закончил 10 классов, и в 1939 г. по комсомольскому набору попал на флот. Комиссию по здоровью я быстро прошел, но нас потом тщательно проверяли по политической линии, кто отец и тому подобное. После успешного прохождения всех проверок нас, отобранных для флота, посадили на поезд, сопровождал нас такой очень крепкий старшина, я помню, он все говорил нам в вагоне:

- Спите, спите, от сна пока еще никто не умер!

Выдали перед поездкой нам сухие пайки, так что еды вполне хватило на те двое суток, что мы ехали до Севастополя. Там меня направили в учебный отряд Черноморского флота, я попал в школу оружия, по-флотски БЧ-2. Обучали артиллерийскому делу, была и теория, и практика артиллерийского дела, причем стреляли мы специально из 137-мм калибра, так как это были пушки, установленные по левому и правому борту на крейсере "Красный Крым". Кроме непосредственной учебы, мы еще много маршировали, до сих в голове звучит, как старшина отдавал команды:

- Шагом марш! На месте шагом марш!

Мы топаем, топаем, и снова топаем, наконец, запевали, чтобы просто так не топать на одном месте. Также в обязательном порядке мы изучали устав. Преподаватели у нас были весьма грамотные, все опытные командиры. Командира школы оружия полковника Горпищенко я часто видел, он был очень строгим начальником, за дисциплиной четко следил. У моряков вообще дисциплина была на высшем уровне, хотя и прививалась жестко. Могу рассказать такой случай - некоторые курсанты, чтобы не бегать в туалет, который находился далековато от корпусов, брали и писали около угла здания. Запах же, так нашлись такие люди, которые бросили туда провода под током. И вот один побежал, как его дернуло, понимаешь. Сразу перестали туда писать ходить. Отучили мгновенно.

Нас поселили в бывших Екатерининских казармах на Корабельной стороне, у нас были 2-ярусные кровати, очень удобные. Форму сразу выдали, причем 2 комплекта: как рабочий, так и парадный, а также бескозырки. В 6 часов подъем, в 8 завтрак, затем обучение, в общем, в день учились по 6-7 часов, как в школе. Также регулярно проходили целевые учебные стрельбы, стреляли из пушек и из винтовок старого образца, конца XIX века с одним патроном. Кормили хорошо, мясо было ежедневно. Проучился я там 6 месяцев, в конце сдавал и математику, и историю, и алгебру, нам даже такие сложные предметы давали. Получил всякие оценки - и пятерки, и четверки, были и тройки, т.е. государственные оценки. После сдачи меня списали на корабль в звании "ст. матрос". Это был крейсер "Красный Крым", постройки 1915 г., он сошел со стапелей как "Светлана", потом его назвали "Профинтерн", позже он пришел на пополнение Черноморского флота в Севастополь, в те времена любили все красное, потому и назвали его "Красный Крым". Это был хороший корабль, на нем были установлены 137-мм пушки, я попал на бортовое орудие, а вот 2 зенитных носовых орудия были итальянскими по производству. Одно 137-мм орудие обслуживало 5 человек: 2 подносчика, заряжающий, командир, наводчик. Я был заряжающим, позже был назначен комендором, т.е. командиром орудия. Крейсером командовал капитан 2-го ранга Зубков Владимир Илларионович, очень грамотный офицер, он, как только погода плохая, сразу шел к начальству и получал добро на выход в море. Это Зубков делал для того, чтобы у команды была закалка во время носовой и бортовой качки. Большой молодец был. На корабле также кормили отлично, и никаких разговоров о войне не было. В воздухе летали наши самолеты, немецких мы не видели.

22 июня 1941 г. корабли мирно стояли на рейде, и вдруг как загромыхали выстрелы зениток, трескотня зенитных пулеметов и грохот упавших на рейд магнитных мин. Как я позже узнал, оказывается, в первый день войны Сталин растерялся, три дня не мог в себя прийти, а Кузнецов, командующий военно-морскими силами, за сутки предупредил командование всех флотов, что возможно нападение, и в случае чего, надо открывать огонь сразу на поражение. И я как сейчас помню, как гудели немецкие самолеты, они от наших по гулу различались сильно. Была команда Октябрьского: "Открыть огонь!" На кораблях нашлись сомневающиеся, но командир пригрозил расстрелом, и тогда начали зенитки бить. Немецкие самолеты прорывались, но бросали они не бомбы, а мины в фарватер, чтобы закупорить флот в бухте. Одна из мин попала на городской рынок, погибли 44 человека. И на Херсонес одна попала, был взрыв огромнейшей силы. Так началась война в Севастополе, крейсер "Красный Крым", на котором я служил комендором, стоял у стенки морзавода. Командир корабля капитан 2-го ранга Зубков А.И. обратился к личному составу, чтобы в короткий срок ввести крейсер в строй боевых кораблей, что и было сделано, сказалась отличная подготовка команды. А позднее, за отличные боевые действия крейсеру было присвоено гвардейское звание.

Затем водолаз Демидов спустился под воду и с риском для жизни открутил взрыватели, тогда из Москвы и из союзной нам Англии прибыли специалисты и разгадали, что немцы установили специальные магнитные мины. В течение суток в кратчайшие сроки создали на кораблях противомагнитные пояса, и мы на пятый день утром войны были направлены в румынский порт Костанцу, потому что Румыния была союзницей Германии. Впереди нашей эскадры шли лидеры "Москва" и "Харьков", крупные корабли чуть подальше. Наше командование рассчитывало, что нас встретит румынская береговая оборона, но немцы заранее все предусмотрели, они в этом отношении дальновидные люди, и установили свою батарею. Поэтому их батарея прицельным огнем практически сразу поразила лидер "Москву", я хорошо помню, как корабль тонул, а моряки на его борту пели песню "Варяг": "Врагу не сдается наш гордый "Варяг", пощады никто не желает:" Мы открыли ответный огонь, наши 137-мм орудия будь здоров били, ведь два крейсера было в эскадре - "Красный Крым" и "Молотов", пламя на берегу было, горело все. Но насколько сильно мы их поразили, здесь трудно определиться, не видно за дымом ничего. Прикрытия с воздуха у нас не было, но немцы, к счастью, не пытались нас атаковать самолетами. В итоге "Москва" была потоплена, а "Харьков" вернулся в порт весь обгорелый, но вот на нашем крейсере потерь не было.

{noextlinks}Почти все были в Турции, Египте, Эмиратах. Многие были в Европе. Путешествия по Перу - как раз для тех, кто хочет окунуться действительно в другой мир!