Беляев Федор Иванович

Ф.И.Беляев, 1975 г., Нарва, Эстония

Родился 18 марта 1922 г. в г.Орша Кемеровской области. В Красной Армии - с июля 1941. Воевал полковым разведчиком на Центральном и Прибалтийском фронтах (150-я, впоследствии 22-я гвардейская добровольческая Сибирская стрелковая дивизия). Имеет три особо ценных "языка". Был контужен. Награжден двумя орденами Красной Звезды, медалями "За отвагу", "За боевые заслуги", "За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг". С 1948 г. - в запасе. С 1953 г. - в органах МВД. В 1957-64 гг. - заместитель и затем начальник отдела милиции г.Нарва в Эстонии. С 1964 г. - в запасе. Майор милиции. Работал позднее в Нарве на заводе "Балтиец". Живет в принаровской деревне Князь-Село (северо-восток Эстонии).

И.Вершинин. Федор Иванович, начнем нашу беседу с твоей родословной. Ты родился в Кемеровской области. Значит, твои предки были кореными кемеровцами?

Ф.Беляев. Из предков я застал лишь мать отца и отца матери, которые вскорости умерли. Но мне известно, что отец родился в 1897 году. В Кемеровской губернии он оказался в 1909 году. Дело в том, что в то время проводилась знаменитая аграрная реформа Петра Ильича Столыпина. Смысл ее заключался в том, что малоземельным крестьянам царское правительство бесплатно раздавало в Сибири земли. В возрасте двенадцати лет со своими родителями тут оказался и отец. Когда он сюда прибыл это был не город, а всего лишь село Прокопьевское. Кстати, точно таким же образом на Кемеровщине оказались и моя мать, которая была одногодкой отца.

И.Вершинин. Что заставило отца выбрать именно профессию шахтера?

Ф.Беляев. Наша семья состояла из девяти человек. Из детей самым старшим был брат Семен, он был 1920 года рождения, потом шел я, с 1922 года рождения, затем шли братья Сергей, Андрей и Витя, сестры Валя и Нина, которые по возрасту были намного младше нас. Первое время отец работал простым рабочим на железной дороге по прокладке ветки Запсибкрая. Когда же в 30-е годы в Кузбассе начали открываться шахты, он воспользовался случаем и пошел работать на шахту слесарем-подземником. В то время это была единственная возможность прокормить семью. Ведь на шахте выдававли карточки (в то время в СССР существовала карточная система), при помощи которых можно было получить хоть какой-то кусочек сливочного масла. Отец получал свой шахтерский паек, но он был настолько мизерным, что был как бы в расчете на него самого. Конечно, он никогда не оставлял всего этого себе, а выкладывал на общий стол.

И.Вершинин. Как семья Беляевых спасалась от голода?

Ф.Беляев. Я и сейчас могу назвать до тридцати наименований трав, которые были съедобными. Всеми ими мы питались в той полуголодной нашей жизни. Помню, ели одуванчики, ходили специально за такими сибирискими растениями, которые растут только в Сибири, как дудка, лебеда, калба. Калба, например, была растением наиболее родственным к луку. Бывало, нарвемся и наедимся этих растений, а к вечеру пучит от боли животы и ужасно хочется есть.

И.Вершинин. А жили в каких жилищных условиях?

Ф.Беляев. Наше жилище располагалось на окраине шахтерского города. Дело в том, что однажды отцу удалось выписать бракованные шахтные стойки. Из таких небольших креплений он и соорудил небольшую хижину для нашей семьи. По своей площади строение было очень тесным. В нем была всего-навсего одна просторная комната и кухня. На кухне нам, детям, позволялось только кушать, спали же мы все, в отличие родителей, на деревянном полку. Только родители спали на единственной кровати, которая была в нашем наличии.

И.Вершинин. Не тяжело было в таких условиях тебе еще учиться в школе?

Ф.Беляев. Из-за таких условий я пошел в школу лишь с девяти лет, так как по нашей бедности нечего было одевать. Потом мой старший брат Семен начал пробавляться заработками. Работа его заключалась в приемке от крестьян скота - был он обыкновенным приемщиком, но потом дорос до заведующего. Потом пришлось идти работать и мне. Оставив учебу после шестого класса, я поступил учеником счетовода в транспортный отдел торговой районной организации "Прокопторг". Когда же бухгалтера призвали для прохождения службы в Красную Армию, меня назначили бухгалтером-расчетщиком. Работал в этом качестве до начала Великой Отечественной войны.

И.Вершинин. Проводилось ли в вашем районе раскулачивание?

Ф.Беляев. Один такой случай запомнился. Одного человека, который работал вместе с отцом на шахте, репрессировали за то, что работая на шахте он имел поросенка и корову, облагавшимися налогами. Видимо он не уплатил налоги. В то время существовал закон: не уплатил налоги - подлежишь раскулачиванию. Жуткий это был период времени, такой непонятный и страшный.

И.Вершинин. Какое самое яркое впечатление сохранилось от детства?

Ф.Беляев. Такое событие в моей детской жизни действительно было. Это было празднование десятилетия города Сталинска-Новокузнецка и его металлургического завода в 1932 году. Так как мы с городом были по возрасту одногодки, то и мне в то время было десять лет. Если следовать по железной дороге, то от нашего Прокопьевска этот город находился в 25 километрах. А случилось это так. Приятель моего отца Семен Халанов, когда-то работавший с моим отцом на шахте, переехал и устроился на этом самом металлургическом заводе. На юбилей этого города и завода он и пригласил моего отца.

Когда встал вопрос о том, кого отцу взять с собой, в семье отдали предпочтение мне, так как я более-менее спокойный был по складу своего характера. Я, конечно, с удовольствием на это согласился. Там Халанов со своей женой Дашей накрыли по русскому обычаю стол, покормили нас, потом отец с приятелем немного выпили. А после того они пошли на завод и взяли меня с собой. Впечатления от завода были невероятными! Помню, когда пришли на завод, мне стало очень страшно: какие-то подъемные краны, паровоз везет по платформе железной дороги какое-то большущее раскаленное железо, неимоверная жара. Короче говоря, в памяти остались только "страсти"! Так что я там был в 1932 году.

И.Вершинин. Где и как тебя застало известие о начале Великой Отечественной войны? Насколько оно было для тебя неожиданным?

Ф.Беляев. Известие о нападении для нас не явилось полной неожиданностью, так как мы давно ждали этой войны. Что война не за горами, мы хорошо понимали. Отец нам говорил: "Война обязательно будет, и обязательно с немцами!" Причин для таких разговоров было достаточно. Неподалеку от нашего домика проходила железная дорога. Перед самым началом войны по ней постоянно следовали эшелоны с военными грузами на Запад. Каким бы образом их бы не маскировали, мы прекрасно понимали что это означало, что скоро начнется война. Вышло так как мы и предполагали. Но о самом нападении мы узнали не сразу, так как в нашем глухом районе не было даже радиорепродукторов. Как говорится, окраина есть окраина!