Степанов Алексей Егорович

- Пожалуйста, представьтесь.

Степанов Алексей Егорович, 1922 года рождения. Родился я в деревне Паново, Смоленской области, около Вязьмы. Отец был портной, мне было двенадцать лет, когда он умер. Мать домохозяйкой была, погибла в блокаду в Ленинграде. У меня было три брата. Когда в деревне закончил семь классов, братья забрали меня в Ленинград. Здесь я учился в ФЗУ (фабрично-заводское училище) при мясокомбинате "Самсон". Жил в общежитии на Киевской, дом 10. Это здание сохранилось, но там теперь совершенно другая организация. Я поступил в ФЗУ в 1938 году, а окончил в 1939 году. Потом работал. Тут и Отечественная война началась.

- А Финскую войну Вы почувствовали? Например, с продовольствием напряженка в городе была? Светомаскировка в городе?

Никакого ощущения войны не было. Главное ощущение - пятидесятиградусные морозы.

- То есть: где-то там война идет, но она Вас не касается?

Я запомнилось другое - в 1939 году я работал на мясокомбинате, окончил работать в вечернюю смену, и поскольку это была суббота, на выходной день поехал к брату. Я всегда уезжал на выходные к брату. Остановка трамвая была напротив "Электросилы", тут ходил "16-й", его долго не было, и я отморозил пальцы ног, потому что был в ботинках. Приехал домой, меня отругали, дали денег, и сказали:

- Езжай на барахолку, купи себе валенки.

Барахолка была на Обводном канале, против Лиговки. Выбрал валенки, которые мне очень понравились, и купил их. Приехал к брату. Валенки эти поставил на атаманку. Пока я завтракал, мать осмотрела валенки и говорит:

- Вот так валенки!

Обманули меня - валенки оказались недокатанные. Их напитали водой и заморозили, чтобы форма была. Как только отогрелись - начали разваливаться. Носить их было нельзя, и мы их выкинули. Вот такие детали помню.

- Когда Вы в ФЗУ учились, Вам стипендию платили?

Платили тридцать рублей. Это кажется мало, правда? Но к этим тридцати рублям еще мне давали карточку и я не платил за проезд на трамвае и автобусе. Ну что еще? В столовой, мне помнится, цена солянки была что-то около десяти копеек. Я деньги не считал, вроде хватало...

- А когда Вы закончили ФЗУ и пошли на завод, сколько получать стали?

О, я хорошо получал. "Твердый" заработок рублей девятьсот был. Помню, один раз было тысячу рублей. А так - девятьсот рублей. До войны это был хороший заработок. Я купил гармонь, мотоцикл "Красный Октябрь". Даже помню где купил, в магазине на Невском.

- Как узнали о том, что 22 июня война началась?

Я был у своей невесты. Она очень переживала, что ее отец не вернулся с работы. Ее отец долго не приходил. Оказалось, что в эту ночь, в Кирха-Усекирки, это где-то по Средневыборгскому шоссе, был заброшен воздушный десант… Это было как раз то место, куда мы мать со Смоленской области перевезли. Наняли железнодорожный вагон, погрузили все хозяйство и перевезли на Карельский перешеек. Я работал на мясокомбинате, а каждый выходной к матери ездил…

- То есть десант был заброшен еще до войны?

Война началась 22 июня. А это было тоже 22 июня, но в ночь на 23 июня. Оказалось, что ее отец был мобилизован для поисков этих диверсантов. Но он их не видел. И никого не поймали.

- А был ли десант вообще?

А Бог его знает, никто не знает. Я думаю, что все же диверсанты были, потому, что была нарушена связь - во многих местах были перерезаны провода.

- А как Вас призвали на войну?

Меня отправили за Выборг, строить противотанковые рвы. Я там был, может неделю, может две. В начале июля туда пришла автомашина с военкомата, нас забрали и увезли в Таврический сад. Переночевали мы в этом саду в каких-то открытых павильонах... А рано утром погрузили на баржи, их прицепили к параходишке, и по Мариинской системе повезли в город Горький, в полковую школу. По каналам Ладожского озера мы добирались около двух недель.

- По дороге Вас бомбили?

Бомбили в Череповце. Но не сильно. А вот в Горьком мы застали сильные бомбежки. Ежедневно бомбили автозавод. Мы всеми ночами сидели в подвале.

- Вы приехали в полковую школу. Сначала, наверное, "курс молодого бойца" был, да?

Вся учеба была до декабря месяца. Мы изучали аппаратуру и морзянку. Радиостанцию "РБС", РРУ, "6 ПК".

- А импортные?

Таких не было. Еще "11-АК" - радиостанция смонтированная на машине. А "6 ПК", РРУ, "РБС" - это пехотные…

- Кроме морзянки работа с радиотелефоном была?

Была. В декабре мы находились в так называемых "грузинских казармах". И вот, как говорят, "в одну прекрасную ночь", поднимают меня с двухэтажных нар. Отобрали нас шесть человек, тех, кто хорошо занимался, и направляют нас - солдат на гражданку, на практику, тренировку в Горьковский "Дом связи"... Там тренировались примерно с неделю. Потом направили нас в 3-ю ударную армию.

- Когда это было?

Это в декабре 1941 года. Но может быть, армия и не там формировалась, а у меня лишь мнение такое сложилось.

Нас обмундировали в зимнюю форму. Помню такой момент - нам дали фуфайки. И мы сдуру одели их на себя под шинель. И подшлемники дали. В общем, тепло одели. А ночевали мы в школе, на партах спали, а школу сильно топили. Жарко было. Вот это я хорошо запомнил. А утром нас погрузили в поезд и привезли под Москву.

- А на голове что у Вас было? Буденовка или уже шапка?

Шапка-ушанка. Буденовок ни у кого не было. Был еще шерстяной подшлемник.

- Под каску?

Нет, под шапку.

- А каски Вам выдавали?

А как же. Когда мы погрузились, и приехали под Москву, нам на отделение выдали пять или шесть винтовок, а в отделении было двенадцать человек…

- Вам досталась?

А как же.

- А в передовых частях тоже не хватало? Сейчас много разговоров идет, что в атаку посылали с винтовкой на троих.

Я про такое даже и не слыхал. И такого в передовых частях не было.

- Немножко вернусь назад. Вы работали на мясокомбинате. Какая скотина в основном шла на убой?

Крупнорогатый скот, лошади…

- То есть конину ели?

Да, были немножко, но было.