Воспоминания ветеранов Великой Отечественной Войны

Глухова Таисия Андреевна

Нас бомбили страшно! Бомбардировку в Дарнице, под Киевом, на всю жизнь я запомнила. Был апрель месяц, прошли дожди. Все окопы заполнены водой. Во время бомбежки кто под вагоны попрятался, а мы попрыгали в эти окопы. Перемокли сильно, сушиться негде было. Страшно было, а мамочки рядом нет.

Малый Виктор
Александрович

В общем, запустили мы этот трактор. Я тряпкой руки обтёр: «Товарищ подполковник, сколько времени прошло?» Он на часы глянул: «27 минут». – «Вот, пожалуйста, трактор работает!» - «С какой батареи?» - «С 12-й». – «Сейчас старшине прикажу, чтобы он вас перевёл в хозвзвод». – «Так я же на наводчика учусь…» - «Тут я командую, а не ты!»

Слоущ Наум
Самойлович

Я все время думал - за что я должен умереть? Я учился, работал, дружил, любил. Я же не сделал ничего плохого! Надо вырваться из этого ада! Но как? Мне никак не удавалось уйти к партизанам, я не раз был за проволокой, за городом даже был. Это можно говорить - надо было уходить! А как?! Вот вы выйдите ночью из города и идите в лес. Куда идти, в какую сторону?

Бурденко Борис
Петрович

Но воевать им было очень трудно. Например, 32 кг станок надо было на плечах тащить! 26 кг – ствол вместе с жидкостью охлаждающей! Тяжёлая матчасть. Две ленты: коробки – по 5 кг лента, 6 кг – щит… представляете, какая тяжесть была? На семь человек вот это всё было рассчитано. Тяжело было. Каждую неделю или примерно, может, 10 дней – я полностью менял состав. Тот – убегал. Перебегал в другую часть. Уходил от нас в пехоту, в артиллерию: кто возьмёт рядового – туда и убегали. А у нас – очень тяжело.

Герега Гордей Тимофеевич

Первый раз столкнулся, когда окружили: мы дошли до станции Речково, эта станция с запада последняя перед мостом через Дон. Мост – был взорван, часть пролёта. Когда наступали немцы – наши взорвали. Станция Речково была внизу, а наверху – типа сопки, и там немцы приковали наших «власовцев» к пулемёту. Сами ушли – а они отстреливались.

Москвин Иван
Уварович

Когда я увидел этих немцев, было поздно уже принимать решение на избежание встречи, и я сконцентрировал всю свою силу внимания, взял себя в руки, изображая простого крестьянина. Шел навстречу судьбе, не изменяя темпа. Шел, а сам думал: что ж, если мне здесь конец, то жизнь отдам, как можно дороже. За какое-то короткое время, пока я проходил этот путь в стане врага, в памяти пролетела вся жизнь, все близкие, родные, мои бойцы, которые продвигаются сейчас по лесу к намеченному мной рубежу сосредоточения.

Каленский Владимир
Дионисович

Мы поняли, что немецкий катер засёк нас каким-то образом, но он точно не знает, где мы. Он знает квадрат моря, где мы находимся, не зная, куда точно бросить бомбу. И – ходит кругами. Знает, что рано или поздно он нас разбомбит – или мы сами подохнем: кислорода-то сколько может у нас быть запаса?..

Иванова (Комарова) Александра Ивановна

У меня было всё хорошо спрятано. Рация – там, где я приземлилась: это километров 15 от города. Устроилась на жильё – случайно. Хозяин усадьбы оказался главой управы города. Я не стремилась туда, но неожиданно попала через его сестру (она в отдельной хатке жила). Бабушка такая была, и она сказала, что «мой брат – голова управы».

Сегодня день рождения, 24 Июня