Медики

За эти три часа потерь среди танкистов не было. Среди мотострелков потери были большие. Мы оказывали помощь, не разбиря свои это или чужие. Не далеко от нашего медпункта разорвалась мина и осколком, автоматчику почти оторвало ногу. Я прибежал на крик. Сильное кровотечение, наложил жгут. Нога держалась на сухожилих. Отрезал. Это моя первая ампутация.

22-го июня у нас был экзамен. Ну, и когда услышала, что начилась война, я подумала: "Как хорошо, может мне хотя бы тройку поставят!"

Походным маршем мы двигались к фронту, а навстречу, нескончаемым потоком шли люди, запыленные, кое-как одетые, с узлами и узелочками, хмурые, печальные, уже познавшие ужас войны. Вместе с населением шли и военные, не знающие, где их часть и что с нею. Все говорили, что их часть уничтожена, и только они остались живы. Картина была удручающей, но армия есть армия, и мы продолжали двигаться на запад, чтобы занять оборону на за­данном рубеже и остановить наступление противника.

Перед ужином пришел земляк Ходаковой Нины Потрымай Александр. Долго  сидели, вспоминали родину, перечисляя знакомые имена. Я только  завидовала им. Эк, как хочется кого-нибудь встретить родных или  знакомых, поговорить о родной Украине. Так и кажется, что с новой  партией раненых я встречу братьев Михаила или Ваню. Ведь я же сейчас в  далеком краю одна. С Андреем никак не спишусь. Написала десяток писем.  Надо еще телеграмму дать, если и это не поможет, буду писать розыск во  Владивосток.

Война еще не кончилась. Весна, солнце. Пришла с ночного дежурства, занимаюсь стиркой халата, еще не отдыхала. Прибегает кто-то из медсестер:"Тоня, тебя вызывает начальник госпиталя !". Спешно бегу! Около санпропускника стоят автобусы "под парами", а на земле .... - носилки с ранеными. Оказывается - спешная эвакуация и раненые не хотят отправки не повидав меня.

Боже мой, потом нас бросили на Берлинское направление, что там творилось  на дорогах, словами не передать. Когда мы ехали на передовую, немцы шли  по обочинах бесконечными вереницами, ноги у всех замотаны портянками и  платками, шли и что-то кричали, а мы ехали в колонне на грузовиках  «Студебеккер», рядом двигались танки, обгоняют друг друга. Это была  мощь! А грязи там – кошмар какой-то, дороги размытые. При всем этом  двигались настолько быстро, что негде было даже и покушать. Мы по трое  суток совершенно не спали и куска сухаря не имели во рту. Наступали  настолько быстро, что нам не могли вовремя доставить продукты. Впереди  нас ждал Берлин, который охранялся очень и очень мощно. Мы заняли  позиции по берегу реки Нейсе в районе города Мускау, должны были  поддерживать в наступлении 32-й гвардейский стрелковый корпус. Немецкие  позиции были очень сильно укреплены, и при атаке на наши наступающие  войска летел целый вал огня. До 3 мая 1945-го года мы вели бои по  ликвидации обороны противника юго-западнее Берлина. Но всех согревала  одна мысль, ведь каждый твердо знал – там, где маршал Георгий  Константинович Жуков, там всегда Победа. Вот этого у нашего народа никто  не сможет отнять.

22 июня 1941-го года мы по радио узнали о том, что началась Великая  Отечественная война и немцы бомбили Киев. Только услышали, и бегом  устремились в военкомат, а у меня был военный билет, поскольку работала  операционной сестрой. В нем на красной полоске было написано, что в  случае чрезвычайного положения мне необходимо немедленно идти в  военкомат. Уже 30 июня я была назначена в эвакогоспиталь № 3482, куда  попали многие студентки из нашего мединститута, но они еще не окончили  обучения, учились максимум на двух курсах, а я до ВУЗа окончила  техникум, и работала операционной сестрой, поэтому меня сразу же  назначили старшей операционной сестрой.