Письма с фронта матери и отчиму Буримовича Алексея Григорьевича
8 августа 1942 года
Здравствуйте дорогие мама и Ал. Михайлович!
Пишу вам это письмо со Сталинградского фронта, дерусь за Дон за Сталинград. Сам жив, здоров. Живу хорошо. Особенно был у нас замечательный вчерашний день. Вчера за 3 минуты мы уничтожили 5 немецких бомбардировщиков. Всего за день было сбито 7 фашистских стервятников. Сейчас могу вам сообщить мой адрес, по которому вы можете мне писать: Действующая Красная армия, полевая Почтовая станция 28, 1261 АП ПВО, лейтенанту Буримовичу. Пишите обо всем. А то я за все время от вас не получил ни одного письма.
В Сталинграде у отца я был уже 3 раза. Не получал я писем и из Рязани. Особенно писать не о чем. Вот разобьем немцев, приеду, и обо всем расскажу, как дрались и т.д.
Обо мне не беспокойтесь. Мы, зенитчики, заговорены, нас бомбы не берут, а мы их бьем.
Пишите. Целую, ваш Алеша.
Посылаю письмо из Сталинграда, куда приехал в 4ый раз.
Без даты
Здавствуйте дорогие мои мама и Алексей Михайлович!
Извините меня за то, что я вам долго не писал, все не было времени. Я вам уже посылал 2 письма, не знаю, получили вы их, ведь письма, наверное, идут очень долго. За это время я уже много исколесил. Побывал в Харьковской области, Воронежской, Курской, теперь нахожусь в Ростовской. Купался в Дону, описанном так хорошо в книге Шолохова «Тихий дон» и нахожусь даже в станице Вешенской, в той самой, о которой Шолохов так много писал. Погода замечательная, природа тоже. Я жив и здоров. Чувствую себя лучше чем когда либо, бывал не раз под бомбежкой, но ведь «Фрицы» бомбить то не умеют, а поэтому я и мои товарищи все целы и невредимы.
Даем крепкого перца немецким стервятникам. Уже числим за собой не один сбитый самолет. Ну а как вы живете? Есть ли вести о Хабуше? Мне бы узнать его адрес, я, может быть, нашел бы его где-нибудь здесь, он тоже очевидно в этом же районе.
Адрес мой тот же, но пока не полный. Писем от вас еще не получал, но надеюсь скоро получить.
Обо мне не беспокойтесь, все идет хорошо и будет хорошо. Живу, живу, еще раз замечательно. Питание превосходное. Кушаем вишню, клубнику, малину и т.д. У вас этого, наверное, нет.
Ну, пока все. Целую крепко.
Ваш Алеша.
22 декабря 1942 года
Здравствуйте дорогие мои мама и Алексей Михайлович!
Вчера, мама, получил письмо от тебя, а сегодня, Алексей Михайлович, от Вас. Обоим вам большое спасибо. Еще рас спасибо вам за вашу фотокарточку. Порой вспомнишь о вас и взглянешь на карточку. Жалко, что не могу послать свою фотографию, нет возможности сняться. Хорошо, что у вас есть мои старые карточки.
Как и прежде, жив и здоров, живем хорошо. Недавно сбили 3 транспортных самолета противника, не дали гадам подвозить боеприпасы и продовольствие. Пусть паразиты дохнут от голода и замерзают от морозов. Нам русская зима, родная зима на руку. Успехи на Сталинградском, Центральном, Воронежском фронтах, что гитлера мы можем разгромить зимой 1942-43 г., чтобы к осени, или раньше возвратиться домой с победой.
Сегодня получил письмо лично от бабушки, пишет по-арабски. Прочитали здесь общими усилиями. Пишет, что живет хорошо. Я очень рад за всех вас, что все живете хорошо.
Обо мне не беспокойтесь, со мной ничего плохого не случиться.
Рад за Хабуша, что ему удалось побывать в Алатыре. Ничего, скоро мы все вместе соберемся, отпразднуем свою победу.
Приветствую, мама, еще раз, что ты отдаешь свою кровь раненым бойцам. Этим ты вливаешь в наши ряды новые силы.
Пока закачиваю свое письмо. Желаю вам всего хорошего,
Целую вас крепко ваш Алеша
4 марта 1943 года
Здравствуйте дорогие мои и любимые мама и Алексей Михайлович!
Вчера получил от тебя мама письма, а сегодня от вас обоих посылку, все большое спасибо. Получил в посылке все в целости и сохранности, еще раз за все вещи и гостинцы большое спасибо. Только вот вы многое напрасно шлете, например, зря прислали шерстяные носки, и напрасно, мама ты так беспокоилась, искала. Ноги у меня одеты очень тепло, есть валенки, а это одно говорит, что тепло. Ну ладно, придется носить, это я конечно шучу. Спасибо и за носки, носовые платочки, воротнички, папиросы (это у нас редкость), конфеты, печенье и за все. Папиросы курили все вместе, как «графы» ходили. Спирт еще не выпили. Дожидаюсь, когда будет праздник, а так каждый день получаем 100 гр. водки. Не бойся мама, что я стану пьяницей, не приходится. На улице холодно, с морозу перед обедом выпьешь, согреешься. Ты мама пишешь, что послала мне еще одну посылку, в которой выслала сахар, вот это зря, себе надо было оставить, здесь мы каждый день получаем сахар. Ты, наверное, Алексея Михайловича совсем оставляешь без курева, посылая мне папиросы и табак, будь «поэкономнее», табак мы тоже получаем.
Меня мама очень радует, что ты занимаешься общественной работой, помогаешь всем нам, чем можешь.
Мама, ты спрашиваешь, с кем я дружу. Отвечаю: все мы живем дружно, одной семьей, стремимся побольше сбить немецких самолетов, а этим самым приблизить час полного разгрома немцев.
Ближайший мой товарищ по работе – Якубов, правда, он уже пожилой, у него есть дети, но в армии все одинаковы и старые и молодые.
Работа у меня такая, что больше приходится иметь дело с бумагой. Начальник у меня хороший, до меня он получил посылку, все вместе принимали активное участие в ее уничтожении, а теперь вот принимаемся за мою, а там, глядишь, и Якубов получит, да еще кто-нибудь. Так вот мы и живем. Да, Якубов, татарин. Я однажды получил от бабушки письмо, написанное по арабски, так он мне перевел. В подразделении везде у меня друзья, все вместе кончали училище и вместе ехали на фронт.
Получил письмо от Хабуша из Кузнецка, пишет, что целый месяц был в командировке, и был недалеко от меня, но не пришлось увидеться. Получаю письма из Казани, но редко. Вовка, дружок мой, все еще учиться в Уральске. Лешка Парамонов тоже учиться где-то в пехотном училище, где – не знаю.
Недавно послал 1000 рублей тете Соне.
Отец мой находится около Камышина, одно письмо от него получил.
Да мама передай от меня благодарность Ольге Жарковой за зубной порошок и за спирт Петру Сергеевичу
Пока заканчиваю письмо, рядом лежат дела, надо работать.
Целую вас крепко,
Ваш Алеша.
<
4 апреля 1945.
Здравствуй дорогая мама!
Получил от тебя открытку и письмо, наконец-то я дождался! Исключительно был обрадован тем, что Вы все живы и здоровы. И особенно рад за Хабуша, во-первых, что его правительство отметило, а во-вторых, что он жив и здоров.
А я, за и должно быть, жив и здоров. Все готовимся для окончательного штурма Берлина. Настроение хорошее. Вот только жаль, что вместе со мной не будут входить в берлин Женя и … Саша. Да, Саша Петров погиб 29.03 в том самом месте, где отмечались мы в приказе т. Сталина №300, т. е в Кюстрине. Ну а погиб он по своей глупости. Ведь он не любитель выпить, а пьяному море по колено, ну и впоролся почти к немцам. Я его хоронил, тяжело было. Теперь из моих близких друзей остался один Андрюша, да и то я его видел за все время от Костерева всего один раз на переправе через Одер. Я писал вам, что сбил 2 самолета, вот сейчас готовимся еще более метко разить врага.
Как мы живем, в каких условиях, могу рассказать. Питаемся исключительно. Вот сижу в Землянке, а этой землянке могут в Москве многие позавидовать. На стенах полу-ковры, зеркала, диван, кресло и пр. вещи. Отбираем все свое. Причем ковры наши – кавказские.
Ребята мои все живы и здоровы. Всем передал от тебя привет. Привет вам от них. Выглядят они совсем иначе. Загорели, поправились, имеют бодрый вид, многих представили к награде.
Сейчас ожидаем конец войны, причем не месяцами, а днями. Сами читайте, успехи наших войск и союзников. Скоро, скоро встретимся в Москве и выпьем за нашу победу и благополучное возвращение домой.
Кстати, чтобы вы не беспокоились за меня, водку стал пить очень мало, только в плохую погоду.
Ну пока. Привет и тысячу поцелуев бабушке, и Алексею Михайловичу. Привет Марусе, Шуре, Коровкину.
Целую крепко, Алеша
PS Письмо от вас шло 12 дней.
