Щепалов Василий Иванович

Опубликовано 28 июля 2006 года

11836 0

Василий Иванович, война пришла в ваше детство. Где и как оно проходило?

Я родился в деревне под Ульяновском в 1932 году, в многодетной семье. Все ее члены обрабатывали землю, разводили живность, трудились не покладая рук, поэтому на фоне деревенской голытьбы выглядели крестьянами зажиточными. Попали под раскулачивание. У нас все конфисковали: землю, орудия труда, скот и даже жилой дом. Семья разбрелась кто куда. Мои родители с пятью детьми (мне было несколько месяцев) перебрались жить и работать в только что созданный совхоз “Сызранский”. А когда началась война, отец ушел на фронт, мать на нервной почве парализовало, она не могла двигаться. Мы оказались в безвыходном положении. Но, к счастью, к нам переехали дедушка и бабушка - это спасло нас от голода.
Так что детства, как такового, у меня и моих сверстников не было. С восьми лет мы помогали родителям, а с десяти лет и старше работали в совхозе: пахали землю на лошадях и волах, косили траву, стоговали сено, вывозили навоз на поля, сажали и затем копали картошку, убирали урожай зерновых, капусту, овощи и т.д.
Но были светлые страницы и в те годы. Запомнился такой эпизод. Однажды на склоне оврага я обнаружил лисью нору. Был ясный летний день. Лисята вылезли погреться на солнышке, поиграть. Я осторожно приблизился и поймал одного из них. Принес домой, напоил молоком. Стал приучать его к жизни в домашних условиях. К удивлению, лисенок оказался очень смышленый, легко приручался. Кот и собака его не трогали, хотя и смотрели на него с презрительным высокомерием. Привыкли к нему и куры, но поначалу поднимали истошный гвалт при его появлении. Более того, он приспособился спать в курятнике. Мы не ограничивали его свободу, он передвигался, как ему хотелось. Если и уходил кудато, то непременно возвращался. Был сильно привязан ко мне. Когда я приходил из школы, лисенок с радостью бежал ко мне, ластился, выражая свои чувства визгливым криком. Прошел год, лисенок вырос, превратился в красивого лиса, стал чаще и на более продолжительный срок уходить “в самоволку”, а однажды вообще не вернулся. Я долго пытался его разыскать, скучал по нему. Но война все заслонила.

Война - понятие объемное. У каждого была своя война, свои беды и трудности. Что самым тяжелым было для вас, десятилетнего пацана?

Управлять волами! Да, да! Ничего тяжелее в сельхозработах я не припомню. С одной стороны, вол довольно умное животное, сильное, выносливое. С другой - своенравное, не признающее диктата даже взрослого человека, не говоря уже о подростке. Как правило, волы впрягались в повозку парой. Труднее всего было надеть на них ярмо - оно тяжелое, поднять его надо было на высоту головы. Казалось, волы все понимали и, видя мои усилия, опускали голову как можно ниже, дабы облегчить муки ребенку. А что касается упрямства, уверен, волам нет равных в животном мире. Однажды я вез зерно на элеватор. Был жаркий летний день. Над волами кружили оводы и жалили их нещадно. Дорога, по которой я ехал, пролегала по берегу сельского пруда. Вдруг мои волы, переглянувшись и перешептавшись друг с другом, свернули с дороги и прямиком направились в воду, несмотря на мои отчаянные попытки помешать этому. Вместе с груженой повозкой и седоком (со мной) они вошли в воду по самую шею и так простояли до тех пор, ока не спала жара и не улетели кровососы. Никакая сила не смогла бы заставить их выйти из пруда. Односельчане, наблюдая эту картину, давали мне шутливые советы, а я от стыда готов был провалиться сквозь землю.

Когда вы впервые увидели живого немца?

В конце 1942 - начале 1943 годов Государственный Комитет Обороны принял решение в срочном порядке построить железную дорогу СызраньСаратов, чтобы по ней в помощь войскам Сталинградского фронта подвозить людские резервы, технику и продовольствие. Стояли лютые морозы. График строительства был предельно жестким. В качестве рабочей силы использовались пленные немцы. Каждое утро их привозили на работу, вечером отправляли обратно. Мы с удивлением и любопытством, с какойто брезгливой неприязнью разглядывали бывших фашистских вояк, но при этом не испытывали к ним патологической ненависти, понимая, что они не по своей воле пришли топтать нашу землю. Видимо, догадываясь о наших мыслях и чувствах, немцы поворачивались в нашу сторону и весело кричали: “Гитлер капут!”.

Вы, подростки, выполняя работу взрослых, сознавали, что тем самым вносите свой вклад в победу над врагом?

Думаю, что сознавали. Иначе не выдержали бы. “Все для фронта, все для Победы! ” это был не просто красивый лозунг, благое пожелание. Это было главной целью жизни. Мы работали в совхозе по двенадцать и более часов в сутки, не получая никакой зарплаты. Но никто не роптал, не возмущался, все понимали: так нужно. В возрасте 1214 лет я уже выполнял самые сложные операции: управлял сенокосилкой на конской тяге и сеялкой. Кстати, о победе 9 мая я узнал от бригадира, находясь за рулем сеялки.

Каждый заплатил за эту победу свою цену. Какие потери в войне понесла ваша семья?

Отец возвратился с фронта с многочисленными ранениями, которые послужили причиной его преждевременной смерти в возрасте 53 лет. Погибли дядя и отец моей жены. А вообще в нашем совхозе не вернулся с войны каждый третий. Семьи тех, кто пал на поле боя, получили официальное извещение об этом, дающее им право на определенные (незначительные) льготы. Многотысячная армия бойцов и командиров “пропали без вести ”, то есть их смерть официально не подтверждена. По сей день находят в глухих лесах и болотах танки и самолеты военного времени с останками экипажей, которые, по всей вероятности, занесены в тот же список “пропавших без вести”. Этот прискорбный факт не может не печалить.

Как складывалась дальнейшая жизнь у мальчишки, понюхавшего пороха? Чем вы занимались после войны?

Отслужил в армии. Потом занимался строительством магистральных трубопроводов. Их перечень занял бы много времени. Это и газопровод “Новый Уренгой - Казань - Горький”, и “Новый Уренгой - Вынгапур - Челябинск”, и нефтепровод “Сургут - Полоцк”, и многие другие. Несколько тысяч километров магистральных газопроводов было проложено в годы советской власти в республиках Средней Азии - там есть и моя посильная лепта. Всего строительству магистральных газонефтепроводов я посвятил 38 лет (с 1956 по 1994 год). В нынешнее время журналисты любят задавать пенсионерам такой вопрос: какой ты след отставил? Как видите, я “наследил” изрядно.

Интервью:
Юрий ЗАКОЛОДИН

Лит. обработка:
Юрий ЗАКОЛОДИН



Читайте также

Кампания по уничтожению ценностей продолжалась недолго. Городскую маслобойню, тоже расположенную поблизости от нашего дома, подожгли, предварительно испортив взрывчаткой оборудование, и чёрный дым от горящего масла и семечек застлал небо. Мы с соседскими ребятами забрались на забор, чтобы лучше видеть пожар. И тут рвануло...
Читать дальше

Нас часто бомбили. Помню, не доезжая до Селигера начали бомбить. Самолеты налетели, а мы дети, не понимаем. Какие-то чёрные штучки с неба летят как дождь… Лошади на дыбы встают, мама нас собой накрывает… Столько всего насмотрелись, убитых лошадей, страдания и кровь людей… Помню, впереди нас тоже повозка с семьёй ехала. Бомба...
Читать дальше

Люди попрятались, кто куда успел. Мать осталась в машине, она не могла подняться. Когда вернулись, ее уже не было в живых. Ее и еще несколько трупов вынесли и положили рядом с дорогой. Хоронить, рыть мерзлую землю ни у кого не было сил. Нас погрузили в вагон. Павлик был совсем слаб. В вагоне люди умирали. Когда поезд остановился,...
Читать дальше

Занималась я канцелярщиной, писала, освоила машинопись работала машинисткой. Спала в холодном, чуть отапливаемом помещении. Немного действовало паровое отопление, ну там же военные жили. Вечером мы зажигали настольную лампу, и около неё грелись, грели руки, ну а потом под одеяло предварительно надев всё на себя. Как...
Читать дальше

Местные жители ненавидели эвакуированных, их называли «выковыренные». Ненавидели за то, что многих уплотняли для предоставления жилья таким бедолагам, как мы. Цены на рынках бешено подросли, в магазинах становилось пусто... В больнице, а потом и в учреждениях, в очередях, всюду слышался один и тот же рассказ, о том, как шел...
Читать дальше

Вернулись оттуда, и вскоре нас отправили на строительство оборонительной линии. В 70 километрах к западу от Казани есть такое село Кайбицы. И вот мы там рыли противотанковый ров, окопы, дзоты, землянки, таскали тяжеленные брёвна… Но морозы в тот год ударили рано, и эта работа, сама по себе тяжелейшая, превратилась просто в...
Читать дальше

comments powered by Disqus
Пехотинцы Пехотинцы Летно-технический состав Летно-технический состав Артиллеристы Артиллеристы Связисты Связисты Краснофлотцы Краснофлотцы Партизаны Партизаны Медики Медики Другие войска Другие войска Гражданские Гражданские Разведчики Разведчики Летчики-истребители Летчики-истребители Летчики-бомбардировщики Летчики-бомбардировщики Минометчики Минометчики Летчики-штурмовики Летчики-штурмовики Самоходчики Самоходчики ГМЧ («Катюши») ГМЧ («Катюши») Зенитчики Зенитчики Пулеметчики Пулеметчики Снайперы Снайперы Саперы Саперы Кавалеристы Кавалеристы НКВД и СМЕРШ НКВД и СМЕРШ Водители Водители Десантники Десантники Танкисты Танкисты