Кавалеристы

Всю войну у меня один конь был. В Польше его убило, мы как раз в лесу  стояли, где вырыли себе индивидуальные ячейки, неожиданно немецкая  авиация налетела, около двух десятков самолетов. Я в ячейку спрятался, и  конь ко мне нагнулся. Не могу говорить, до сих пор слезы на глаза  наворачиваются. Осколком его ранило в живот. Потом я взял себе польского  коня, он как дубина: сядешь, и ноги болят. Так что, считай, я без коня  остался, а меня в пулеметчики перевели.

Идти спокойно нельзя, немецкие самолеты летают, бомбят. На привал  встанешь, кухня только задымит – сразу немецкий самолет прилетает,  бомбит, кухню в клочья разорвало. Перешли за Волгу, идем все уставшие,  на ходу спишь… Оказывается, человек тоже может на ходу спать.  Чувствуешь, что идешь, а потом заснул – упал. Кто ногу ломал, кто руку.  Некоторые стреляли нечаянно, не самострелы, просто упал, винтовка и  выстрелила. Чтобы этого не было, у нас патроны забрали.