Краснофлотцы

Ильинский рубеж. Подвиг подольских курсантов

Фотоальбом, рассказывающий об одном из ключевых эпизодов обороны Москвы в октябре 1941 года, когда на пути надвигающийся на столицу фашистской армады живым щитом встали курсанты Подольских военных училищ. Уникальные снимки, сделанные фронтовыми корреспондентами на месте ...

Мы дрались против "Тигров". "Главное - выбить у них танки"!"

"Ствол длинный, жизнь короткая", "Двойной оклад - тройная смерть", "Прощай, Родина!" - всё это фронтовые прозвища артиллеристов орудий калибра 45, 57 и 76 мм, на которых возлагалась смертельно опасная задача: жечь немецкие танки. Каждый бой, каждый подбитый панцер с...

Я дрался на Ил-2

Книга Артема Драбкина «Я дрался на Ил-2» разошлась огромными тиражами. Вся правда об одной из самых опасных воинских профессий. Не секрет, что в годы Великой Отечественной наиболее тяжелые потери несла именно штурмовая авиация – тогда как, согласно статистике, истребитель...

Когда мы стали опрашивать командира подводной лодки, им оказался капитан-лейтенант Вернер Шмидт, выяснилось, что мы потопили новейшую cубмарину «V-250», которая была вооружена какими-то новыми торпедами, о которых никто из членов нашего экипажа ничего не знал. Что интересно: торпеды загружались и устанавливались на подлодке специальной командой, в отсутствие экипажа. Тогда же, во время того самого опроса, Шмидт нам сообщил, что в задраенных отсеках лодки, возможно, еще остались живые люди. Для того, чтобы вызволить из подлодки уцелевших немцев, к месту гибели её был послан отряд наших спасателей. Однако интенсивный огонь батарей немецкой артиллерии, которая пришла на замену финским орудийным расчётам, создавал определенные трудности для того, чтобы приступить к спасательным работам. И все же работы велись, преимущественно ночью. Конечно, наших водолазов сильно били гидравлические удары от разрывов бомб и снарядов, кровь шла у них из носа и ушей, многие из них в результате этого получили ранения. Но потом, когда шум и постукивания внутри подлодки прекратились, «V-250» была поднята, отведена в Кронштадт и там поставлена в док.

9 мая 1945-го года я был рабочим по камбузу на сторожевике «Ураган», нас  к тому времени как раз вытащили на сушу для ремонта. Мы с коком Сенькой  Брагиным приготовили вечером завтрак, легли спать, и внезапно ночью  проснулись как по команде и прослушали информацию о капитуляции  Германии. Утром встали, веселые страшно, заранее заготовленным завтраком  покормили ребят, после чего приготовили праздничный обед и раздали  каждому его порцию вместе с кружкой водки. Кок говорит мне: «Ты пей,  сколько хочешь, я сам раздам обед». Так что я выпил грамм триста  спиртного, а ведь до этого работал целый день. Почему-то зашел в баню  вместо того, чтобы в кубрик пойти, и там уснул. Вечером толкает меня  рассыльный, и говорит: «Слушай, ты же записался на увольнение, а  валяешься здесь!» Ух ты, сразу же встал, пошел в кубрик и переоделся в  парадную форму, после чего отправился к знакомой девчонке, работавшей на  электроподстанции. Отпраздновали с ней Победу знатно.