НКВД и СМЕРШ

Так я прошел бои в Белоруссии и на Смоленщине. Задача у нас ставилась простая: как только передовые части уходили, мы, пограничники, приходили немедленно приходили на смену, на передовую линию, и там и оставались. А ведь из лесов много выходило немцев, которые в эти леса убегали и прятались, лишь бы только не попадаться своим. В результате, когда они выходили, то знали, что тут стоим мы, и они по нам и стреляли. Нам тут хуже намного было воевать, чем на передовой. Там-то ты хоть видишь врага!!! А тут они выходят, вооруженные до зубов, и видят нас. Так они нас как мух убивали.

Я так понял, что эту группировку никто не собирался уничтожать. Ее должны были взять в плен, потому что уже ситуация была такая мощная с нашей стороны, что народ там немножко ничего был. А там среди них и латыши были, и все. Некоторым удалось сбежать, используя лодки и что там было, в Швецию. В общем, сбежали в Швецию. А в основном все взяты были в плен.

Когда мы Духовщину прочёсывали, тут вообще ни одного дома не осталось –  одни трубы, печные трубы. И снегу полно, и всё заминировано,  заминировано, заминировано! Овражек был такой небольшой: смотрим, -  следы. И мы решили по этим следам пройти. Прошли, спустились. Там три  землянки. В каждой землянке по 18 человек, а то и больше. Старики,  женщины, дети. И, конечно, голодные, – у них нет ничего. Вот что у нас  было, весь запас свой, мы им отдали.