Разведчики

В сентябре 1943 года наш полк подошел к Днепру в районе Кременчугского  рога. Сформировали группу, я, Минкин Александр из Тулы и Ваня Ерошенко и  приказали нам переправиться. Нашли лодку, стали переправляться, а немцы  осветительные ракеты запускают, мы на воде как на ладони и немцы дали  по нам очередь из пулемета. Минкина в обе ноги ранило, но мы тут к  островку прибились, вынесли его, выбрались сами.  Я когда из лодки  выбирался споткнулся и упал в воду. Думаю – надо доложить, а рация не  работает, мокрая. Тут меня такая усталость взяла – и я уснул. Утром  солнышко пригрело, я проснулся – пытаюсь связаться, а рация так и не  работает.

Что началась при артподготовке, можете себе представить, ведь в дивизии  была плотность примерно 200 орудий и минометов на километр участка  прорыва. Да еще кроме этого, нас поддерживали 4-я и 8-я воздушные армии,  так что бомбежка немецких позиций проводилась постоянно, штурмовики  особенно били по вражеской артиллерии. Но все равно, немецкая оборона  была столь серьезная, что мы с трудом ее прорывали. Передвижной  дивизионный НП разведчиков находился на безымянных высотах, и вскоре мы  определили, где больше подавлена огневая система противника. Если  рассматривать современную Сапун-гору, то место, где сейчас расположена  дорожка от ресторана до гору – это и было направление нашего главного  удара по ослабленной обороне противника, там в 1944-м году располагался  правый фланг дивизии.

Начштаба достал пистолет и постучал по броне. Открылся люк, и оттуда высунулась голова танкиста. Начштаба представился и скомандовал: "Вы нам приданы? Мы идем в атаку. Двигайтесь вперед! Мы пойдем за вами". Голова из люка ответила: "Да, мы вам приданы. Но нам приказано беречь матчасть и поддерживать вас только огнем. Вы идите впереди, а мы будем двигаться за вами".
Технику надо было беречь. Танков было еще мало, а солдат все еще много.

С августа начали тренировки вместе с моряками дивизиона сторожевых катеров Николая Сипягина. Этот дивизион высаживал нас на Малую Землю. На этот раз предстояло пройти боносетевое заграждение, разорвать гранитный мол, и только тогда уж с катеров в воду и на берег. А ведь каждый квадратный метр в Цемесской бухте был пристрелян врагом. Для первого броска Ботылев отобрал 300 человек. Перед боем он приказал надеть ордена и медали, и начистить так, чтобы слепило. Пусть знают фрицы, с кем они воюют.