Медики

Пришел приказ сворачивать медсанбат и грузиться на корабль. Всех уже  отправили и грузили последнюю машину. А бои ещё идут. Тут какой-то  моряк: «Сестрёнка, помоги!» Я спрыгнула, схватила его. С машины у меня  его взяли, подтянули, а шофёр не слышал и поехал. Моряка взяли, а я  осталась, одна. К счастью, подъехала машина начсандива, он открыл дверцу  и кричит: «Ты что тут?! Скорей в машину, сейчас взорвут мост!» Я  нырнула в машину, ноги ещё на улице, а машина уже рванулась. Только мы  проехали мост с большими красными перилами, как его взорвали.

Походным маршем мы двигались к фронту, а навстречу, нескончаемым потоком шли люди, запыленные, кое-как одетые, с узлами и узелочками, хмурые, печальные, уже познавшие ужас войны. Вместе с населением шли и военные, не знающие, где их часть и что с нею. Все говорили, что их часть уничтожена, и только они остались живы. Картина была удручающей, но армия есть армия, и мы продолжали двигаться на запад, чтобы занять оборону на за­данном рубеже и остановить наступление противника.

В одном из таких поездов нашего "Эвакопункта" начальник разрешил в ящиках под классными вагонами держать кур. По этому у них всегда были свежие яйца. Помню, мы стояли не далеко от них, и наш начальник пошел, по каким-то делам к начальнику того поезда. Возвращается он, несёт яйцо и рассказывает нам про кур в ящиках под классными вагонами. Видимо из-за этих кур поезд порекомендовали писательнице Вере Пановой. Она проездила на нём около недели. Потом эти куры появились в её повести "Спутники", по которой был снят известный фильм "На всю оставшуюся жизнь".

Иногда я у них ночевала. На батарее боеготовность тридцать секунд была. Оказалось, они спали в землянках одетые... Условия ужасные. Для женщины это, конечно, трудно. А снаряд для пушки сорок килограмм, и заряжающим надо втолкнуть его в ствол так, что бы он обратно не выскочил...
В санитарном пункте прием вели. Кто на что жалуется. А в зимнее время приходило особенно много. В основном советы давала как вести себя больному. Разговоров больше, чем лекарств. Ну что нам давали лекарства, какие-то крохи - ужас...

Как вспомнить, как нам девочкам, семнадцатилетним приходилось это все это делать и переживать… Я попала на кухню - ладно. А у них - приезжает машина, привозит больных, а кто, мужчины не идут, идут девочки наши. Снег по колено, валенки огромные, носилки несут, а валенки оставляют в снегу, идут в чулках, а потом идут за валенками, всякое приходилось.