Танкисты

«Из адов ад». А мы с тобой, брат, из пехоты...

«Война – ад. А пехота – из адов ад. Ведь на расстрел же идешь все время! Первым идешь!» Именно о таких книгах говорят: написано кровью. Такое не прочитаешь ни в одном романе, не увидишь в кино. Это – настоящая «окопная правда» Великой Отечественной. Настолько откровенно, так исповедально, пронзительно и достоверно о войне могут рассказать лишь ветераны…

Ильинский рубеж. Подвиг подольских курсантов

Фотоальбом, рассказывающий об одном из ключевых эпизодов обороны Москвы в октябре 1941 года, когда на пути надвигающийся на столицу фашистской армады живым щитом встали курсанты Подольских военных училищ. Уникальные снимки, сделанные фронтовыми корреспондентами на месте боев, а также рассекреченные архивные документы детально воспроизводят сражение на Ильинском рубеже. Автор, известный историк и публицист Артем Драбкин подробно восстанавливает хронологию тех дней, вызывает к жизни имена забытых ...

Мы дрались против "Тигров". "Главное - выбить у них танки"!"

"Ствол длинный, жизнь короткая", "Двойной оклад - тройная смерть", "Прощай, Родина!" - всё это фронтовые прозвища артиллеристов орудий калибра 45, 57 и 76 мм, на которых возлагалась смертельно опасная задача: жечь немецкие танки. Каждый бой, каждый подбитый панцер стоили большой крови, а победа в поединке с гитлеровскими танковыми асами требовала колоссальной выдержки, отваги и мастерства. И до самого конца войны Панцерваффе, в том числе и грозные "Тигры",...

Прибыв на место, мы стали оборудовать позиции:  вырыли капонир, закопали  танк, привели его в боевую готовность № 2: два человека внутри танка,  остальные на отдыхе. И только через несколько дней нам дали приказ  двигаться вперёд. Немец тогда здорово отступил, мы догоняли его больше  суток. Вышли к берегу Вислы. Там стоял понтонный мост, по которому  двигалась и техника и войска. Мы как-то замешкались, и от своей колонны  отстали. Чтобы догнать своих, командир принял решение переправляться  прямо по льду. Лёд тогда ещё не окреп, и мы почти сразу провалились.  Внутрь вода не попала, но выбираться нам пришлось через верхний люк.  Вскоре подъехали ребята на танке, кинули нам трос, попытались вытащить.  Но трос только рвался раз за разом, несмотря на то, что его толщина была  более 30 миллиметров. Стали кидать под гусеницы всё, что имелось под  руками, но только перемалывали в труху. И тут нам повезло: подъехал  специальный танк из ПРБ (полевой ремонтной базы), у которого имелась  лебёдка. Он и вытащил нас на берег.

Мы на плотах двинулись через реку, но на середине Днепра нас заметили, стали бить из минометов по воде, и стрелять по нам из пулеметов с высокого противоположного берега. Мы достигли правого берега, поднялись под плотным огнем в атаку и захватили часть немецкой траншеи на бугре. Радист передал, что плацдарм захвачен, и из бригадных тылов стали перебрасывать через реку всех, кого наскребли на расширение плацдарма. Вслед за нами переправился сводный торяд, под командованием командира минометного дивизиона , еврея из Белоруссии майора Герчикова, состоявший из бригадной роты автоматчиков и "сборной" со всех тыловых подразделений. Пока к нам на помощь подошла пехота из какой-то стрелковой дивизии, мы за двое суток отбили 12 немецких атак, и дважды немецкие танки врывались на наши позиции, и просто стирали наши окопы своими гусеницами. Артиллерии с другого берега била и по танкам, и по нам...