Партизаны

Ильинский рубеж. Подвиг подольских курсантов

Фотоальбом, рассказывающий об одном из ключевых эпизодов обороны Москвы в октябре 1941 года, когда на пути надвигающийся на столицу фашистской армады живым щитом встали курсанты Подольских военных училищ. Уникальные снимки, сделанные фронтовыми корреспондентами на месте боев, а также рассекреченные архивные документы детально воспроизводят сражение на Ильинском рубеже. Автор, известный историк и публицист Артем Драбкин подробно восстанавливает хронологию тех дней, вызывает к жизни имена забытых ...

Великая Отечественная война 1941-1945 гг.

Великая Отечественная до сих пор остается во многом "Неизвестной войной". Несмотря на большое количество книг об отдельных сражениях, самую кровопролитную войну в истории человечества нельзя осмыслить фрагментарно - только лишь охватив единым взглядом. Эта книга предоставляет такую возможность. Это не просто хроника боевых действий, начиная с 22 июня 1941 года и заканчивая победным маем 45-го и капитуляцией Японии, а грандиозная панорама, позволяющая разглядеть Великую Отечественную во...

Я дрался на Ил-2

Книга Артема Драбкина «Я дрался на Ил-2» разошлась огромными тиражами. Вся правда об одной из самых опасных воинских профессий. Не секрет, что в годы Великой Отечественной наиболее тяжелые потери несла именно штурмовая авиация – тогда как, согласно статистике, истребитель вступал в воздушный бой лишь в одном вылете из четырех (а то и реже), у летчиков-штурмовиков каждое задание приводило к прямому огневому контакту с противником. В этой книге о боевой работе рассказано в мельчайших подро...

До августа 1944-го года пробыл на броне, постоянно просился в армию, но  меня не брали, потому что я был хорошо знаком с первым секретарем  Любанского райкома партии Минской области, это был наш комиссар бригады  Смирнов, ранее бывший комиссаром нашего отряда. Ну, я так думал, старший  брат Адам погиб еще в сентябре 1942-го года на Ленинградском фронте,  мать немцы убили, прижгли ее в землянке, когда она в лес ушла. В деревне  все дома спалили, там проходила вторая линия обороны партизанской зоны.  А мне шел двадцать первый год, стыдно людям в глаза смотреть, молодой  еще, не брился, еще усы не начали расти, а хожу себе в тылу. Подаю  рапорт на добровольную отправку на фронт, но военкомат меня не берет,  говорят одно – бронь. Один раз, второй к первому секретарю райкома  Смирнову подходил, но тот отвечал одно – нельзя всем на фронт, надо  восстанавливать народное хозяйство. Ну, я смотрю, что тут дело не  пойдет, а в Красную Армию надо идти, иначе кто же будет добивать врага,  если мы в 20 лет будем отсиживаться в тылу. Пристраиваюсь к отряду  мобилизованных и ухожу с ними.

Поддержите нашу работу
по сохранению исторической памяти!