Я родилась 25 августа 1933 года в деревне Шушары под Ленинградом. Отец как и многие жители нашей деревни, работал на Ижорском заводе рабочим. Мама принимала молоко в колхозе. У меня была младшая сестра Нина. Мы говорили дома на финском языке.
|
|
Семья Питкянен до войны. Иван и Анна Питкянен с Ниной и Юлией |
22 июня 1941 года мы собрались на очередной киносеанс, и вдруг нам говорят, что показа не будет. Началась война. Когда немец подошел к Ленинграду, наш дом разбомбили. Во время бомбежки мы пряталась по канавам. До морозов мы жили в водосточных трубах на станции Шушары и в окопах. Отец собирал по полям совхоза Детскосельский капусту и картошку.
Немцы сбрасывали листовки. Их было так много, что мы сначала решили: «Это летят птицы». Голод уже мучил, кругом мерещилась еда. С криком: «Птицы, птицы!», мы побежали, но оказалась, что это бумажки. Мы начали их собирать, в них был призыв сдаваться немцам. Когда я принесла такую листовку домой, родители сильно отругали меня и приказали больше ничего не собирать.
Наша деревня оказалась на линии фронта, семья переехала в Ленинград. Мы получали паек по карточкам, как все ленинградцы. В начале блокады еще ходили трамваи, и мы ездили с сестрой отоваривать карточки. Вскоре появились слухи, что детей едят. Нам запретили выходить на улицу, мы сидели дома. Отец устроился работать дворником. Он собирал по городу покойников, грузил в машину и отвозил хоронить.
В марте 1942 года нам объявили об эвакуации. Мы пришли на эвакопункт. Сотни людей сидели с вещами в ожидании отправления. Но затем эвакуацию отменили. Наша семья эвакуировалась в июне 1942 по Ладожскому озеру на корабле. С нами эвакуировался брат отца дядя Андрей. Мы благополучно добрались на другой берег, корабль перед нами затонул. На берегу Ладоги Нина, моя младшая сестра, умерла. Отец хотел похоронить ее, сделал гробик, но ее забрали в братскую могилу в селе Лаврово.
|
|
Сестры Нина (слева) и Юлия Питкянен. В июне 1942 года |
Нас должны были эвакуировать в Сибирь. Мама плакала, просила куда-нибудь поближе. Нам сказали, что будут эвакуировать в Сталинград. Летом началась Сталинградская битва, и нас эвакуировали в Саратовскую область.
Здесь я пошла в школу. На уроках я отвечала по-фински. Учительница вызвала маму и сказала, чтобы дома разговаривали на русском языке. Мы больше не говорили на родном языке. Но проблем из-за национальности у нас не было. Мама работала в лесу, пилила лес. Отца и дядю осенью забрали в трудовую армию в Сибирь.
Мы очень радовались, когда в газетах писали о прорыве блокады, о полном освобождении Ленинграда. Но мы знали, что нам нельзя возвращаться домой. Говорили, что финнов не пускают домой. Мать переписывалась с отцом. Она не хотела возвращаться без него. О Победе нам объявили в школе. В колхозе образовался импровизированный митинг, старшеклассники устроили концерт.
Отец с братом пытались бежать из трудовой армии. Их посадили в тюрьму. Оттуда их отправили в Кемеровскую область, в Тисульский район в шахту Рудник Ударный. В 1946 году мы с мамой уехали в Сибирь к отцу. В 1949 году я поступила в медицинский техникум, в 1954 после окончания техникума по направлению я вернулась в Ленинград.
| Интервью и лит. обработка: | Я. Э. Ильяйнен |
