Гришин Юрий Михайлович

Опубликовано 14 мая 2012 года

5682 0

Я родился в Ростове в 1925 году. Отец был бетонщиком и хорошо зарабатывал. Моя мама все старалась сделать как можно лучше для нас.

Когда объявили о начале войны я еще ничего не понимал, пацаном был. Мы, мальчишки, играли в войну, я из дома спер здоровый ножик, и с саблей вышел, как Чапаев.

Когда немцы подходили к Ростову я переправился на ту сторону Дона и пошел к путям. На путях стоял тогда рабочий поезд, они пути ремонтировали, мы к нему прибились и с ним поехали на Кавказ. Попали в Красноводск, нас человек шесть пацанов было.

Мы в Красноводске ничего не знали, а есть надо, где взять? Воровать… Мы пошли по огородам, налетали как саранча, нас из дома заметят и с палками за нами, чтобы прогнать с огорода. Мы тикать кто куда. Потом уже вместе собирались. Жили в стогах сена, выкопали там норы, каждый себе копал, выдергиваешь понемногу, залезаешь и спишь там ночью. А в сене тепло, мыши только лазят, да и все. Ну ничего, мы их не боялись.

Однажды мы увидели эшелон и постарались в него залезть, а он армейским оказался, охранялся. В тамбуре нас поймали. Привели к командиру части.

- Вы откуда?

- Из Ростова.

– Что вы делаете?

– Нас привезли работать на кирпичный завод. Мы их делать не можем, они у нас никак не лепятся.

– Воевать хотите?

- Да, мы пойдем воевать, дайте нам винтовки или пулеметы!

Так мы попали в 20-ю инженерно-штурмовую бригаду. Ну, нас оставили, выбрали обмундирование – галифе, гимнастерки. Сшили сапоги, в бригаде была сапожная мастерская, человек пять сапожников, где нам сшили сапоги под ногу.

Так мы в бригаде и жили. Там еще девчата были, человек 20 в санчасти и с одной я закрутил. Пошли как-то  собирать ягоды. Она говорит:

- Я еврейка…

- Ну и хорошо, что ты еврейка…

И мы давай с ней собирать ягоды. Набрали полное ведро земляники. Что мы будем с ней делать? Говорю ей:

- Ты месить можешь?

– Конечно, я же девочка.

- Сейчас возьму муку.

Пошел, залез на склад, там были мешки с мукой, разрезал мешок, отсыпал муки. Она тесто замесила и мы пирожки с земляникой сделали.

Командир бригады, полковник, небольшого роста, на построении кричит:

- Бригада смирно!!!

Мы по стойке смирно стоим, а он:

- Хлеба хватает?

– Хватает.

- А то, если не хватает, своего хлеба напечем! Сделаем пекарню, и хлеба будет вдоволь, сколько хочешь.

У него усики маленькие были и мы, пацаны, как-то к нему подошли, а я возьми и спроси:

- Товарищ полковник, а что у вас такие усики маленькие, вы их стрижете что ли?

– Да, нет. У меня все время такие были. Мама и бабушка любили мои усики, приглаживали их расческой.

Шутит с нами. А потом спросил откуда мы?

- Из Ростова.

– Мамы знают, что уехали на фронт.

– Нет, не знают. Знают, что нас нет дома. Думают, что мы уже жулики стали.

– Песню мне споете?

И вот в 1942 году нас отправили на фронт. Однажды утром:

- Ребята, поднимайтесь, мы отправляемся воевать.

- А мы куда?

– И вы с нами, воевать будете, тоже солдатами будете, будете бить фашистов…

Мы что тогда понимали, пацаны… посмеялись, поговорили и все. Нас в эшелон. Пришел командир бригады, говорит:

- Ребята, смотрите не воровать, чтобы у нас не было неприятностей.

- Нет, товарищ командир. Мы уже в армии, солдаты.

Мы были рады, что поедем на фронт, думали нам дадут винтовку, пулемет, будем бить фашистов, аж заплясали от радости.

Интервью:
А. Драбкин
Лит.обработка:
Н. Аничкин



Читайте также

Потом подошли грузовые вагоны и нас стали в них сажать. Причем маму не сажают, а сажают только одних детей, насильно забирая. Мама кричит немцу, который руководил посадкой в вагоны: «Пан! Пан! Дитё моё, пан!» А у этого немца в руках была палка, он ею маму ударил и закричал: «Вег, мать! Вег, мать!» Но маме все-таки как-то удалось...
Читать дальше

А вскоре после возвращения мы с подружками устроились работать на военный завод, который производил для авиации смолы, зажигательные пластинки. Каждый божий день работали, никаких выходных до 45-го года не знали. И только под конец войны появились какие-то выходные, могли сходить в театр, в кино, на концерт. Даже ночные концерты...
Читать дальше

Нас вывезли в середине апреля 1942 года. Но я только смутно помню, как сидели с мамой в кузове грузовой машины. Она потом рассказывала, что нас даже обстреливали. Недалеко разорвался снаряд, и впереди идущая машина ушла под воду. Это ведь уже весна была и на льду Ладоги вода начала выступать. Говорит, мы просто объехали эту воронку...
Читать дальше

Всё-таки в нас жалость была сильнее страха. И не было брезгливости, ведь мы не просто выступали, но ещё и как могли, помогали медсестрам. И судно приходилось выносить, и бинты брали домой, потому что в госпитале их просто не успевали стирать. Где мама стирала, а где и я. Поэтому всякий раз нам в госпитале были искренне рады, к тому...
Читать дальше

А, было такое, что лес нам привозили с Пущей Водицы. А там же стреляли много – и в дерево втыкались осколки. И вот, когда осколок попадал под пилу – сейчас же она летела, рассыпалась – и останавливался станок. Там это на три, на четыре часа пауза, пока заменят пилу. Мы с Григорием так и «работали»: железку под пилу сунешь... нам наш...
Читать дальше

comments powered by Disqus
Пехотинцы Пехотинцы Летно-технический состав Летно-технический состав Артиллеристы Артиллеристы Связисты Связисты Краснофлотцы Краснофлотцы Партизаны Партизаны Медики Медики Другие войска Другие войска Гражданские Гражданские Разведчики Разведчики Летчики-истребители Летчики-истребители Летчики-бомбардировщики Летчики-бомбардировщики Минометчики Минометчики Летчики-штурмовики Летчики-штурмовики Самоходчики Самоходчики ГМЧ («Катюши») ГМЧ («Катюши») Зенитчики Зенитчики Пулеметчики Пулеметчики Снайперы Снайперы Саперы Саперы Кавалеристы Кавалеристы НКВД и СМЕРШ НКВД и СМЕРШ Водители Водители Десантники Десантники Танкисты Танкисты