Я родилась 8 мая 1924 года в деревне Разметелево. По-фински она называлась Rosmittala. Отец был председателем колхоза, мать занималась домашним хозяйством. В нашей деревне было больше 100 домов, только 2 семьи были русские Тюрины и Козловы. В нашей деревне была начальная школа бучение было на финском языке. Я окончила 4 класса. В пятом классе я начала ходить в школу в Новой Пустоше. Обучение началось на русском языке, который я плохо понимала. Вскоре я оставила школу, начала помогать родителям по домашнему хозяйству. У нас был большой сад, я возила ягоды, яблоки в Ленинград продавать на Мальцевском рынке. На рынке я начала лучше говорить по-русски.
О том, что началась война, мы узнали по радио. Двоих старших братьев, Ивана и Семена, забрали на фронт, и они пропали без вести. Корову у нас забрали в начале войны. В конце лета пришли военные, забрали картошку. Оставили только несколько мешков. Карточек у нас не было. Когда разбомбили Невскую Дубровку, в нашу деревню пришло гражданское население. В нашем доме поселилось две русских семьи. У дубровчан не было никаких запасов продовольствия, ни карточек. Они умирали первыми. За зиму умерло пол деревни. Рядом был пруд, туда возили на санках умерших и клали в снег. Копать могилы не было сил.
26 марта нам объявили об эвакуации. Мы взяли с собой немного картошки и поехали на Мельничный Ручей. Во время переезда по льду Ладоги нас бомбили, но машина дошла до берега. На поезде нас привезли в Иркутскую область на станцию Суйтиха. Там мы прожили несколько месяцев. Мать умерла.
|
|
Анна Хайми с матерью и сестрой |
Осенью 1942 нас приказали собираться и погрузили на баржу. Оставили только тех, у кого были маленькие дети. Везли долго. Куда и зачем, мы не знали. Наконец, высадили в Якутии, на реке Яна на берегу озера Лаптевых. Здесь умер отец. Паспорта у нас отобрали.
Мы построили одну большую юрту, где жило 60 человек. Зимой вместо стекол был лед, летом закрывали окнам ситцем. Летом было очень много комаров. Освещали и отапливали коптилками из рыбьего жира. Много людей умирало, потому что было очень холодно. Я прожила там 10 лет, работала на ловле рыбы. Мы ловили рыбу неводом. У нас была бригада 10 человек. Мы питались хорошей свежей рыбой, такой рыбы я больше нигде не ела. Но у нас не было никаких других продуктов, овощей или хлеба.
В Сибири мы говорили между собой по-фински. Нам никто не запрещал. Потом привезли литовцев, немцев. С ними мы говорили по-русски. Когда кончилась война, все очень радовались. Мы были уверены, что мы в эвакуации и скоро мы вернемся домой. В 1946 году нам вернули паспорта. Многие финны поехали на родину, но говорили, что их не пускают в свои дома. Мы с сестрой Алиной не стали возвращаться, потому что у нас не было денег. В 1951 году мы наконец накопили денег, приехали на родину, но здесь не прописывали. Мы приехали в Боровичи. На родину вернулись в 1961 году.
| Интервью и лит. обработка: | Я. Э. Ильяйнен |
