Михайлова (Гридасова) Нина Федосеевна

Опубликовано 18 сентября 2013 года

3126 0

Я родилась 29 декабря 1929-го года в селе Зеленое Новотроицкого района Запорожской области. Мои родители были простыми колхозниками, отец трудился кузнецом, а мама работала в поле. До войны я окончила пять классов. 22 июня 1941-го года по большому радиорупору мы узнали о начале Великой Отечественной войны, восприняли эту новость как дети, думали, что скоро победим врага. Что запомнилось – советские самолеты стали пускать в небе дымовую завесу в первый же день войны. В селе из-за этого поднялась паника, люди испугались. Сразу же начали мобилизовывать мужчин. Папу и старшего брата Василия, 1921-го года рождения, также забрали в армию.

Остались мы с матерью: брат Петр, 1926-го года рождения, и я. Мама сильно болела. Я сразу же пошла в колхоз – трудилась в поле с братом. Затем село захватили немцы. Старостой выбрали местного мужчину, он никого не трогал, но пока все тихонько говорили о том, что все равно будет Победа за нами, он в ответ на такие речи махал руками и говорил: «Да не будет никакой Победы, немцы завоюют всех». Полицаев у нас не было, так как село находилось в стороне от проезжих дорог в глухом углу. Немцы к нам даже за продуктами не приезжали. Единственное, когда присланные из Германии специалисты вывозили зерно с районного элеватора, то в нашем селе останавливались на ночевку, но никого при этом не трогали. У нас в хате были большие портреты папы и старшего брата. Однажды остановившийся у нас немец спросил, мол, кто это. Мама объяснила, что это сын и муж. Тогда этот немец заявил: «Зачем эта война? Надо было так решить – взял бы Сталин и Гитлер, встали друг против друга, пух-пух, и кто кого победил, тот бы и забрал землю убитого руководителя. Зачем столько народу положили?!»

Весной 1942-го года всю сельскую молодежь забрали на работы в Германию, остались по хатам одни старики и дети. К счастью, брата не тронули, он родился в сентябре и не попал по возрасту.

Когда в 1943-м году фронт стал приближаться к селу, через нас отступали румыны. Они начали шастать по дворам: по всем курникам и загонам. В поле паслись овцы, они их хватали и увозили. В ту же ночь мимо села прошла советская пехота. Боже мой, сколько было радости, все мы выходили на дорогу и выносили продукты, что у кого было. Кормили пехоту, бедные ребята, все в обмотках, уставшие. Грязные страшно, рады были куску хлеба.

Вскоре завязались бои на Перекопе, в нашем селе вскоре поставили эвакогоспиталь. У нас в хате поселилась его начальник, и она мне предложила пойти к ним поработать санитаркой в операционном отделении. Я мыла полы и подавала бинты во время операции. Этот эвакогоспиталь постоял у нас месяца три, после чего его перебросили в Мелитополь. Появился в селе новый госпиталь для легкораненых 51-й армии, я в него перешла работать, меня официально не оформляли первый месяц, потом увидели, что я старалась трудиться, и стала числиться гражданским работником. В апреле 1944-го года была сильная бомбежка, и меня ранило в нижнюю часть ног. К тому времени мы получили извещение о том, что и отец, и брат Василий пропали без вести.

Когда госпиталь от нас уходил, мама, у которой сильно болели ноги, осталась у меня одна, так как брата Петра мобилизовали в Красную Армию. Так что госпиталь пошел на Прибалтику, я решила дома быть. Работала в колхозе звеньевой. Была представлена к Трудовому Красному Знамени. 9 мая 1945-го года все ликовали и радовались Победе.

Интервью и лит.обработка:Ю.Трифонов


Читайте также

Когда кончилась война долгожданной Победой, мы остались калеками – три Омские девчонки с бруцеллёзом. Клава Рудских с туберкулёзом костей. А у нас с читинской Шурой Булгаковой – хронический ревматизм.
Читать дальше

Там санитарная часть была, туда положили и поставили одного дежурить,
пока я приду в себя, чтоб допросить. Я два дня была без сознания, а на
третий день начала приходить в себя. И вдруг подходит врач. Так мы знали
уже там врачей, там же работали. Он подходит ко мне: «Лили, ты мёртвая.
Ты понимаешь?» Он не знал, как я...
Читать дальше

Не было есть. Жили на гнилой картошке. В общем, получилось так, что посеять – посеяли, а выбрать – не выбрали, и картошка – перезимовала. В земле, да. Зимой – неубранный урожай. Так мы что дорозумелися (не я дорозумелася – а другие люди: более такие умные). Ну, она перемёрзла – и из неё вытекла вода, осталася «косточка» такая...
Читать дальше

Она ушла на задание, поцеловала меня, сказала: "Вернусь через три дня". Больше я её не видела. Незадолго перед этим мы с ней отправили родителям письмо, которые ничего не знали о нас. Зина написала: "Здравствуйте, мамочка и папочка! Мы живы и здоровы, чего и вам желаем. Мама, мы находимся сейчас в партизанском отряде, бьём...
Читать дальше

28 марта 1942 года пришел уполномоченный,  нас всех выгнали из домов. Сети остались в море. Из Ломоносова по заливу нас перевезли в Лисий Нос. Мороз был – 28°С, а я осталась в осеннем пальто и резиновых ботинках. От холода спас шерстяной платок. Нас долго возили по стране, потом посадили на пароход. 6 июня 1942 года высадили в...
Читать дальше

comments powered by Disqus
Пехотинцы Пехотинцы Летно-технический состав Летно-технический состав Артиллеристы Артиллеристы Связисты Связисты Краснофлотцы Краснофлотцы Партизаны Партизаны Медики Медики Другие войска Другие войска Гражданские Гражданские Разведчики Разведчики Летчики-истребители Летчики-истребители Летчики-бомбардировщики Летчики-бомбардировщики Минометчики Минометчики Летчики-штурмовики Летчики-штурмовики Самоходчики Самоходчики ГМЧ («Катюши») ГМЧ («Катюши») Зенитчики Зенитчики Пулеметчики Пулеметчики Снайперы Снайперы Саперы Саперы Кавалеристы Кавалеристы НКВД и СМЕРШ НКВД и СМЕРШ Водители Водители Десантники Десантники Танкисты Танкисты