Гуйнов Алексей Васильевич

Опубликовано 04 мая 2017 года

2346 0

- Гуйнов Алексей Васильевич. 1927-го года рождения, родился 1-го июня. Тогда это было – Одесская область, село Красное поле. А сейчас, со времён Хрущёва Никиты Сергеевича, этот район перевели в Кировоградскую область. Сейчас мой адрес такой: Кировоградская область, село Красное Поле.

Родители – были колхозниками. Отец имел начальное церковно-приходское образование, три класса там было, в школе. Ну и, там… на разных должностях. Он был председателем сельсовета, в магазине торговал, заведующим магазина был. Перед началом войны был колхозным пчеловодом, а я был у него уже помощником.

У меня было 4 брата и сестра. Я – самый старший. Война началась – отца мобилизовали на фронт. Война началась 22-го, а отца 28-го мобилизовали. И я в этой семье стал просто самым старшим. Огород был – 40 соток: его надо было испахать и засеять…

- Вы помните 22-е июня? Как началась война, откуда Вы узнали о ней?

- Как началась война? Ну, деревня есть деревня... а по тому времени – тем более. Это же воскресенье было. Ну, уже так как я взрослый был – то отец меня брал на пасеку. Короче, как война началась – мы работали с отцом на пасеке колхозной, там было около 60-70 ульев. Вот надо было смотреть, когда рой вылетит, чтобы он не убежал. И на каждого был отдельный журнал и запись. Рой, если ты его не остановишь, то он может убежать... а тут приходит сосед – и говорит, что началась война. «Как?» - «А вот так». Мы узнали, что 22-го началась война.

- У Вас какое было ощущение: что это будет такая долгая тяжёлая война – или что немцев сейчас быстро разгромим?

- У нас многие добровольно шли… короче говоря, было такое настроение, ощущение. Причём это же было неожиданно. Они же погнали танки, самолёты – и всё. Это тоже не так просто всё. Тем более, что мы с Германией были в хороших отношениях.

- И вот в 1941-м году Ваш район был оккупирован?

- Да. Пришли немцы, никакие не румыны или там прочие венгры. Проходила оккупация необычно: они там свои какие-то органы поставили для управления в районе, всё поменяли. У нас был – председатель сельсовета при советской власти. А немцы сразу – «староста». Этот староста при советах сидел в тюрьме. Они таких искали. Это наш односельчанин. Не помню, за что он сидел. Потом, когда они пришли – его сразу в старосты.

- А полицаи в селе были?

- Да. Тоже местные. И партизаны у нас в районе были, но они прятались. Многие шли к партизанам. Но, во-первых… их там было немного, ну и потом они делали такие наскоки на дивизии… а те – на партизан. А партизаны занимались подрывной работой – где-то улицу, где-то поезд взрывали. Вот такая у них в основном работа.

- Когда Вы были под оккупацией – информация о том, что происходит на фронтах, как-то поступала?

- Этого не было. Пришли немцы, колхозы разогнали, а всю эту территорию колхоза на участки разделили – и раздавали. Вот, допустим, село. Вот этот ваш участок 5 или 10 га – так его ж потом и обрабатывать надо! То, что было от колхоза – мельница, плюс ещё пункт, который делал кормы, резал, плюс лошади. Вот эту землю разделили, и – сколько там на этот участок? – давали одну-две лошади. Ну там плуг и что там ещё, чем обрабатывать, что надо было. А свиньи, а коровы, а барашки – всё эти сволочи забрали сразу. Всё это вот увозили. Лошадей оставили, потому что они землю обрабатывают.

- Как жилось? Голодно – или нормально питались?

- Война есть война. Это там вот в отношении мяса, яиц, курей – пришли гады: «Куры, яйцо – есть»? Полез, загреб всё в мешок – и всё. Вот так было с едой. А потом объявили, что у нас много корма – и сразу налог! Несмотря на то, что семья была большая… они на каждую семью сделали норму сдачи пшеницы. Вас двое, а вас шесть человек – норма одна. Так мы что делали? Ночью в сарае выкопали вот такую вот метра два яму, и – туда пшеницу в мешках! Она долго разве там постоит? Ну, потом снаружи там обставляли… или из кукурузы там стенки обкладывали. Короче, изолировали от земли, потом засыпали.

- Кого-нибудь из Вашего села угоняли в Германию?

- Да. Это происходило – здесь они были такие дружеские, но – брали. Если вас в семье три человека – то с той не берут. Берут, где по пять. Там – возьмут. Короче говоря, всё не подбирали.

- Из Вашей семьи кто-нибудь был угнан?

- Нет. Мне было 14 лет, я был самый старший. А те были по 5 лет, по 2 года перед самой войной.

- Когда Вы узнали о наступлении советских войск?

- Вот примерно как Керчь: 1944-й, где-то в апреле-месяце.

- Какое было чувство, когда пришли советские войска?

- Конечно, они такие вроде немцы были добренькие, но… вот, соседка – случай! Ночью пришли партизаны. Наутро – где-то часов в 10 уже – эсэсовцы. Машины – и всё. Зашли в одну хату, в другую… А соседка видела, что немцы пришли. Ну, как бабы? – «Пойду послушаю, что...» Она побежала туда. Что она там делала – я не знаю. Но мы услыхали выстрел, и – готова соседка: «поинтересовалась». Застрелил сразу – и всё. А сын у неё был молодой. Он… так получилось, что война – а он в отпуск приезжал. И этот сын – убежал. Пока они что-то искали – он убежал. И его бабка-старуха тоже, по-моему, убежала, а мать-соседку – застрелили.

А приходу советских войск – ну, тут все, конечно, были рады и довольны. И там так получилось, что кто-то в плену был. И вот этот полевой военкомат – сразу из военкомата списки всех, кто подлежит мобилизации! И сразу их – прямо не переодевая – взяли.

- Вас тоже так полевой военкомат призвал?

- А меня призвали – тогда такое положение было, что во время войны призывали раньше времени на 2 года. А потом, чтобы опять восстановить мирный порядок – 1927-й год рождения 7 лет служил, а не 2! Война была – вот нас и призвали раньше. А потом там был 1928-го года «комсомольский набор», и нас надо было в рядах задержать. Нас призвали в 1944-м, в октябре-месяце.

- И куда из военкомата отправили?

- У меня там целое путешествие было. Нас направили в Николаев. В Николаеве там был 35-й учебный стрелковый… дивизия. А в дивизии – три полка. Я был в 25-м стрелковом полку. Потом кончилась война, а нас готовили в сержанты, в командиры отделения. Закончили мы – и кончилась война. Я был командир 45-мм артиллерийской пушки противотанковой. Потом в первую очередь женщин демобилизовали, а нас – в Севастополь, и сделали моряками. И вот 5 лет я прослужил на флоте.

- А моряками – как? На кораблях – или береговое обеспечение?

- На флоте есть такой – «экипаж». Вот привозят – и экипаж распределяют по заявкам: кому крейсер, линкор или бригада траления, кто в подводные… и я попал в бригаду траления. Она находилась в Стрелецкой бухте. А там были одни развалюхи. Нас определили в первую, ордена Ушакова. Там были малые корабли, катера – и большие. Нас погрузили на буксир – и по морю отвезли в Стрелецкую бухту. Там здания, а всё было кругом разбито, развалено. Сами сколько там занимались ремонтом тоже! И по выходным восстанавливали эти дома. У нас стояла бочка 200-литровая: туда наливали воды, топили там, грели… Казарма большая.

- В какой должности Вы состояли в экипаже?

- Когда меня в Стрелецкую привезли – я попал на мелкий дивизион катерных тральников [Так у автора. – Прим. ред.] мотористом. Дивизион был на тралении, выход к Чёрному морю к Феодосии. Распорядок дня был такой: подъём – не как по распорядку дня корабельному, а как солнце показалось – то команде и вставать. 12 катеров было нас. Вставать, приготовиться, трал ставить. Там знали, кто с кем. Вот катера подходят друг к другу, и вот трос соединили между двух катеров. Но он – длинный, он далеко идёт. И так – один. Потом – идут так, чтобы перекрывать друг друга…

В 4 часа подъём – и до захода солнца тралим. Подходим последний рейс к берегу, чтобы якорь достал туда – и там ночуем. Утром в 4 часа – вставать. А на каждом катере каждый стоял по своей специальности. Ну и всё: утром встали – и опять то же самое.

Ужин был – сухой паёк. Отдыхали мы – на берег ходили, как положено по корабельной... когда плохая погода. Больше трёх баллов шторм – траление запрещаем. Вот это наше такое было увольнение на берег. Не по дням. Как было у нас… пришли в Казантип – на берег. А там – музыка и танцы будут. Вот такая была у нас служба.

- Мин много было в море?

- Не сказать, чтобы много, но – были. Вот это мы протралили, потом – надо переходить же дальше, и – опять.

- В Вашей бригаде подрывы катеров и кораблей – были?

- Был. Под Феодосией. Там как было: вот катер идёт, здесь трал, а в самом носу корабля вахту нёс минёр. И если где-то что-то – он кричит: мина! А этот – прозевал. И катер прошёл по мине. Взрыв. И тот, который там сидел – погиб, и ещё, по-моему, два человека... главное, вечером уже ужинали, а оно – как даст! А трал магнитный и всё это хозяйство – взорвалось. Произошло это вечером. Все отдыхать – а мы пошли тралы менять…

- Когда Вас призвали на флот, какое было отношение к замполитам?

- Обыкновенное. На дивизионе был один человек. Он на нашем катере жил. А на больших – там был замкомандира корабля, замполит. Вот такие дела.

- Чем флотский паёк отличался от сухопутного?

- На кораблях, конечно, лучше. А на катерах – лучший паёк у тех, кто там переставляет буи. В дивизионе был катер, который это делал. И по 100 грамм давали спирта. А потом там что-то получилось в верхах… Кузнецов – управляющий министр морского флота – погорел, Сталин забрал у него орден Героя [Так у автора. – Прим. ред.], и, по-моему, выгнал даже. Значит, что-то там у них было… не говорили…

- Сталкивались ли Вы с бандеровцами?

- Нет.

- Какое отношение во время войны было к Сталину?

- Хорошее, очень хорошее.

- 9 мая 1945-го Вы встретили в дивизии. Не могли бы Вы рассказать про этот день?

- Я ещё был в пехоте, получается. Был день свободы: все, кто хотел, туда шли. Тогда все кричали, торжествовали, это было что-то такое особенное…

- Спасибо, Алексей Васильевич.

- Пожалуйста.

Интервью: Н. Аничкин
Лит. обработка: А. Рыков


Читайте также

Мне неоднократно приходилось наблюдать такую картину: около 30 вражеских бомбардировщиков, построившись в круг над дивизионом, наносили по шесть бомбовых ударов, а затем по шесть пулеметных заходов. В это же время вражеская артиллерия вела сосредоточенный огонь по позициям дивизиона.

Читать дальше

Помню бой батареи 16 мая 1942 года, когда 6 вражеских кораблей загнали подлодку прямо под наш берег. Потом оказалось, что это М-172 Героя Советского Союза Израиля Ильича Фисановича, тогда Краснознаменная, а позже Гвардейская. 3 тральщика, 2 сторожевика и артиллерийский корабль "Бруммбер" преследовали лодку, не давая ей зарядить...
Читать дальше

Запомнился случай во время освобождения Белоруссии, 22 марта 1944 года ударил сильный мороз и Днепр встал. Флотилия не успевала за нами. Кончилось продовольствие, не было хлеба. Но местное население нам помогало. Но когда подошел флот, население получило сполна белым хлебом. Тогда американцы поставляли белую муку. В Польше был...
Читать дальше

К 1942-у году, кроме авиации немцы подтянули артиллерию самого большого калибра и начали периодический обстрел «Марата». Причём было так: Наши артиллеристы уже знали все точки на «Ломоносовском» фронте, и немцы, конечно же, знали расположение кораблей. Пристрелялись они к «Марату» очень здорово. Особенно мы опасались ясных...
Читать дальше

Тогда, в августе 1942 года, я выходил как бы на подводную охоту, за "языком" где-то под Ленинградом отправили меня тогда. И вдруг я заметил из воды, что на пирсе дремлют два немца, около которых лежат их автоматы. Хороший момент подвернулся (в то время с "языками" у нас были большие трудности)! Но для разведчика всегда...
Читать дальше

Нас распределили по разным участкам острова: кого в Кремль, кого ещё куда, а нас, радистов, отправили в Савватьево, монастырский скит в 14 километрах от Кремля. Учиться нам предстояло в здании бывшей тюрьмы. Около Красного озера мы разместились в землянках, сооружённых прошлыми выпускниками, юнгами первого набора. Но наш курс...
Читать дальше

comments powered by Disqus
Пехотинцы Пехотинцы Летно-технический состав Летно-технический состав Артиллеристы Артиллеристы Связисты Связисты Краснофлотцы Краснофлотцы Партизаны Партизаны Медики Медики Другие войска Другие войска Гражданские Гражданские Разведчики Разведчики Летчики-истребители Летчики-истребители Летчики-бомбардировщики Летчики-бомбардировщики Минометчики Минометчики Летчики-штурмовики Летчики-штурмовики Самоходчики Самоходчики ГМЧ («Катюши») ГМЧ («Катюши») Зенитчики Зенитчики Пулеметчики Пулеметчики Снайперы Снайперы Саперы Саперы Кавалеристы Кавалеристы НКВД и СМЕРШ НКВД и СМЕРШ Водители Водители Десантники Десантники Танкисты Танкисты