16512
Медики

Дубровская Валентина Ивановна

Истинной трагедией можно назвать 1941-1942 годы в истории Великой Отечественной войны. Под натиском неисчислимой вражеской силы наши войска отступали, неся большие потери в живой силе и технике. Вражеские самолеты, казалось, бомбили беспрестанно. Жители покидали свои дома и бежали без оглядки. Улицы городов и деревень, поля и дороги были усыпаны человеческими трупами и останками скота. Все вокруг горело, гарь и дым застилали пространство. Глубокие рваные раны от осколков бомб и снарядов приводили в ужас: на телах людей буквально не было живого места. И не меньшее душевное страдание мне - военной медсестре - доставляло то, что практически невозможно было уберечь раненых от повторного ранения под постоянными бомбежками и артобстрелами.
Но люди превозмогли! Выдержали натиск, остановили врага, сами перешли в наступление. И наш артиллерийский полк был направлен на Ленинградский фронт - для прорыва. Знаменитые Синявская и Любанская наступательные операции. Раненые и выбившиеся из сил бойцы утопали в болотах, а их однополчане упрямо рвались вперед, сокрушая ненавистного врага! Дивизия несколько раз попадала в окружение. В этих боях гибло так много людей, что наш медсанбат с трудом успевал оказывать помощь раненым и хоронить погибших. Вскоре стали поступать окруженцы-блокадники. Все они были страшно истощены: худые лица, рассеянный, блуждающий взгляд, идти самостоятельно не могли - только ползли... Требовалась срочная медицинская помощь, и мы, не считаясь со временем и собственной усталостью, оказывали ее круглосуточно - день за днем.
По нарастающему напряжению боев чувствовалось, что вот-вот начнутся главные события. Так и случилось: наши армии освободили Псковскую, Новгородскую и Ленинградскую области. Особенно ожесточенные бои шли за Новгород и за железнодорожную ветку Псков - Остров. Потери были огромные и с нашей, и с немецкой стороны. Но вот настроения в войсках складывалась совершенно иные: мы почувствовали вкус Победы!
Во время обработки раненых я все чаще слышала добрые слова в адрес командующего Леонида Говорова. Бойцы и командиры особо подчеркивали, что требовательный генерал справедлив и внимателен, проявляет большую заботу о быте и питании солдат. И вдруг в 1944 году командир полка подполковник Коршунов объявляет, что Леонид Александрович вскоре будет у нас.
Встреча эта произвела на меня очень сильное впечатление. Говоров являл собой пример истинного русского офицера: спокоен, подтянут, очень внимателен к рядовым бойцам. Обходя строй, командующий всматривался в каждого солдата, дотошно расспрашивал о боевой жизни, фиксировал каждую мелочь и тихо, как бы невзначай, давал указания. Все свои обещания Леонид Александрович Говоров выполнял в условиях войны обязательно.
Вскоре нашу дивизию перебросили на другой участок фронта. В жестоких схватках с фашистами освободили Украину, Белоруссию, Польшу, Прибалтику, победным маршем вошли в Восточную Пруссию. От стен Берлина направились освобождать Чехословакию, где и встретили долгожданное известие о Великой Победе!
После войны вернулась на Родину. Пошла работать на самый трудный участок - на шахту...

"Слава обретенная в боях" М. 2001 ISBN 5-93238-049-7


Рекомендуем

Мы дрались против "Тигров". "Главное - выбить у них танки"!"

"Ствол длинный, жизнь короткая", "Двойной оклад - тройная смерть", "Прощай, Родина!" - всё это фронтовые прозвища артиллеристов орудий калибра 45, 57 и 76 мм, на которых возлагалась смертельно опасная задача: жечь немецкие танки. Каждый бой, каждый подбитый панцер стоили большой крови, а победа в поединке с гитлеровскими танковыми асами требовала колоссальной выдержки, отваги и мастерства. И до самого конца войны Панцерваффе, в том числе и грозные "Тигры",...

«Из адов ад». А мы с тобой, брат, из пехоты...

«Война – ад. А пехота – из адов ад. Ведь на расстрел же идешь все время! Первым идешь!» Именно о таких книгах говорят: написано кровью. Такое не прочитаешь ни в одном романе, не увидишь в кино. Это – настоящая «окопная правда» Великой Отечественной. Настолько откровенно, так исповедально, пронзительно и достоверно о войне могут рассказать лишь ветераны…

Ильинский рубеж. Подвиг подольских курсантов

Фотоальбом, рассказывающий об одном из ключевых эпизодов обороны Москвы в октябре 1941 года, когда на пути надвигающийся на столицу фашистской армады живым щитом встали курсанты Подольских военных училищ. Уникальные снимки, сделанные фронтовыми корреспондентами на месте боев, а также рассекреченные архивные документы детально воспроизводят сражение на Ильинском рубеже. Автор, известный историк и публицист Артем Драбкин подробно восстанавливает хронологию тех дней, вызывает к жизни имена забытых ...

Воспоминания

Перед городом была поляна, которую прозвали «поляной смерти» и все, что было лесом, а сейчас стояли стволы изуродо­ванные и сломанные, тоже называли «лесом смерти». Это было справедливо. Сколько дорогих для нас людей полегло здесь? Это может сказать только земля, сколько она приняла. Траншеи, перемешанные трупами и могилами, а рядом рыли вторые траншеи. В этих первых кварталах пришлось отразить десятки контратак и особенно яростные 2 октября. В этом лесу меня солидно контузило, и я долго не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, ни вздохнуть, а при очередном рейсе в роты, где было задание уточнить нарытые ночью траншеи, и где, на какой точке у самого бруствера осколками снаряда задело левый глаз. Кровью залило лицо. Когда меня ввели в блиндаж НП, там посчитали, что я сильно ранен и стали звонить Борисову, который всегда наво­дил справки по телефону. Когда я почувствовал себя лучше, то попросил поменьше делать шума. Умылся, перевязали и вроде ничего. Один скандал, что очки мои куда-то отбросило, а искать их было бесполезно. Как бы ни было, я задание выполнил с помощью немецкого освещения. Плохо было возвращаться по лесу, так как темно, без очков, да с одним глазом. Но с помо­щью других доплелся.

Показать Ещё

Комментарии

comments powered by Disqus
Поддержите нашу работу
по сохранению исторической памяти!