После окончания Харьковского военно-медицинского училища в мае 1941 года я был направлен под Смоленск на военный аэродром. В первый же день войны, в четыре часа утра фашисты начали бомбить нас. Наши войска после тяжелых боев отходили на восток. Я попал в часть особого назначения разведотдела штаба Западного фронта. После короткого обучения меня включили в отряд, который 13 сентября 1941 года перебросили через линию фронта в тыл врага. Было нас 115 человек, все добровольцы, коммунисты и комсомольцы. Вооружение - самое современное по тем временам: автоматы ППШ и ППД, ручные пулеметы Дегтярева, снайперские винтовки с оптическими прицелами, выдали даже приборы "Бромит" для бесшумной стрельбы. И мне, фельдшеру, создали хороший запас медикаментов.
Поход был тяжелым и длительным - почти три месяца. Действовали в Калининской области в районе Андреаполя, Торопца, Холма, Великих Лук. За это время бойцы отряда уничтожили более 700 вражеских солдат и офицеров, сожгли два самолета, пять танков, 75 автомашин, взорвали оружейную мастерскую и два моста, пустили под откос два эшелона. Мы потеряли 25 человек.
Я участвовал почти во всех операциях. Хорошо, например, помню нападение на фашистский гарнизон в Плоскоши 21 сентября, в ходе которого подорвали 12 автомашин, уничтожили 50 оккупантов, сожгли армейскую пекарню, продсклад и склад артиллерийских снарядов.
После нападения на Плоскошь, на болыпаке Холм - Торопец, из засады отправили на тот свет еще 70 фашистов, 10 из которых на счету снайпера сержанта Гивенко. У нас потерь не было, лишь Нестеренко ранило в руку.
25 сентября, выполняя задание по уничтожению немецкого штаба в Заполье, мы обнаружили в соседней деревне Пчелино немцев, которые проводили собрание окрестных жителей. На нем они объявляли новый, оккупационный порядок. Как потом узнали из документов, главным организатором тут выступал бывший царский офицер, полковник германской армии и шеф полевой жандармерии Торопецкого района граф Кисловский. Мы открыли прицельный огонь. Вместе с Кисловским были убиты еще пять офицеров.
27 сентября в Заполье мы разгромили вражеский штаб. Потери немцев - около 30 солдат и офицеров, три автомашины. Они лишились 300 лошадей, предназначенных для пополнения кавалерийской дивизии СС.
Трудным для нас был бой у хутора Гончаровка. Отряд действовал активно, и немцы начали искать нас. 5 октября его разведка вплотную приблизилась к нашему лагерю. Мы уже были готовы к движению, когда невдалеке затрещал немецкий мотоцикл. Человек восемь под командованием начальника штаба младшего политрука Николая Правдина бросились его преследовать. Они не дали ему уйти, но при этом обнаружили большое число гитлеровцев, --прибывших в район нашего расположения на машинах. Командир отряда старший политрук Никита Радцев, оставив группу прикрытия, которая и приняла бой, увел основные силы из-под носа врага. Обеспечивая отход, 12 наших товарищей под командованием Матюшанского стояли насмерть. Из них лишь четверо остались в живых. С трудом через несколько дней наш отряд собрался на запасном пункте сбора. Впоследствии узнали, что карателей на нас навели предатели. Мы стали осмотрительнее и передвигались по местности с большей осторожностью - только ночью и после основательной разведки, постоянно наблюдая за противником. Бой у Гончаровки был первой карательной экспедицией против нас.
Тяжелый бой был и у деревни Вороново под Волговерховьем, когда мы 13 ноября 1941 года у озера Селигер в районе Осташкова перешли линию фронта. Невозможно забыть и схватку под Сухиничами Калужской области в январе 1942 года. Три роты во главе с командиром отряда Радцевым, уже батальонным комиссаром, вошли в деревню Попково, рота Шарого - в деревню Печенкино. Выставив часовых, расположились на отдых. Нам предстоял трудный путь в Брянские леса через линию фронта. Но отдых был коротким. В районе Сухиничей попала в окружение 216-я немецкая дивизия. На помощь ей шли части танковой армии. Их путь лежал через деревни Попково и Бортное. У отряда не было противотанковых средств, патроны на исходе. Но ребята бились отчаянно целый день и почти все пали в бою: из 350 бойцов, находящихся в Попково, уцелело только 47, да и те были ранены или контужены.
Шарый приказал своей роте занять круговую оборону, а дорогу со стороны Попково заминировать. Вскоре появился нарочный и передал Шарому приказ командования 10-й армии: "Занять оборону на участке деревень Бортное - Кочерги и любой ценой остановить продвижение немцев". Бой там длился окоо трех суток. Наконец подошли танки 146-й танковой бригады, и фашистские войска были отброшены.
