15746
Медики

Токарева Валентина Ивановна

В 1939 году я окончила бактериологический техникум в г. Томске. Вернулась в г. Читу. Устроилась на работу. Вышла замуж, родилась дочка. В 1941 г. началась война. Я получила страшную весть - погиб мой муж летчик Александр Николаевич Абрамов. Я впервые почувствовала смертельно" дыхание войны и решила отомстить за Сашу. Собрала трехлетнюю дочь Неллу и отвела ее к матери. С трудом купила телогрейку, повязалась платком и побежала на Читинский вокзал. Ждать пришлось не долго. Эшелоны шли на запад один за другим. Я увидела из вагона вышла девушка с одним кубиком в петлице, подошла к ней и стала проситься взять меня на фронт. Она не могла ответить положительно. Я подошла к другому воинскому эшелону к мужчинам, они посоветовались и взяли меня. Я их заверила, что я медик и буду перевязывать им раны.
В Москве была зачислена санинструктором в 8-ю роту 63 батальона 186 СП 329 СД. В ноябре 1942 года я уже находилась чуть западнее Москвы, в пекле боев. Числилась санинструктором, но, овладев огнестрельными оружием, в т. ч. и стрельбой из пулемета, в критические моменты я шла в атаку вместе с бойцами, ходила в разведку. С 1942 до конца войны я воевала в составе 186 Гвардейского Сандомирского полка. Мне приходилось переплывать Вислу под огнем противника неоднократно: на лодке, на плоту, на бревнах и вплавь. Я была ранена, но продолжала оказывать медпомощь бойцам до тех пор, пока не свалилась от потери крови сама.
Особенно памятный бой был за взятие г. Глагау. Мне пришлось вести в бой взвод, потерявший командира. После его гибели я возглавила отражение атаки. В 1942 г. мне присвоили звание старшины медицинской службы.
Я обходила все роты: 1,2,3-ю по окопам. Шла все дальше и дальше. Задумалась о доме... И попала в немецкие окопы. Немцев было много.
Мы смотрели друг на друга. Я опомнилась, сказала:. "Ком нахауз!" (пошли домой). Немцы ответили: "Ком наха-уз, Гитлер капут, капут." Я поднялась на бруствер, встала в рост, взяла платок белый в руки. Смотрю - они вылезают из окопа за мной. Я пошла, пошла и ни разу не оглянулась. Смотрела далеко вперед на каменный белый дом, где был наш КП. Только бы не стреляли ни немцы, ни наши! Подошла к дому. Оглянулась - немцев было много. Пересчитали - оказалось 80 человек. Подошел полковник, сказал спасибо, пожал мне руку. Приказал представить меня к награде - ордену Красного Знамени. И послал меня отдыхать. Утром был взят с боем немецкий город Глагау. Пришлось везти раненых после очередных боев в медсанбат. Там работали, разбирая кирпичи те немцы, которых я привела на КП. Они, увидев меня, кричали: "Валка, Валка, Валя !"...
Откатились мы. Бой уж больно жаркий был. И тут я узнаю, где-то на нейтральной полосе остался наш пулемет "Максим". Фашисты накрыли нас огненным шквалом. Теперь я не знаю, как решилась тогда, но поползла к пулемету. Добралась. А в это время гитлеровцы в атаку поднялись. Я их подпустила и почти в упор начала расстреливать. Атака была отбита, а когда патроны кончились, приволокла пулемет в наши траншеи. Ну , а меня все-таки нашла шальная пуля - ранило. За этот бой меня наградили орденом Красной Звезды.
Помню возвращались из разведки. Тяжелые колючки еловых лап то и дело задевали людей. Но разведчики упрямо пробирались сквозь бурелом. Мы спешили сообщить командованию данные об обороне противника.
Лес неожиданно расступился, и между вековыми деревьями проглянула неширокая шоссейная дорога. Мы выбрались на обочину, и в этот момент из-за поворота послышался лязг гусениц. Почти прямо на разведчиков выполз немецкий танк.
Ближе всех к вражеской машине оказалась я. Рука нащупала бутылку с зажигательной смесью. Бросок. Раздался взрыв, и танк полыхнул ослепительным заревом. На дороге показалось еще одно бронированное чудовище. За ним другое, третье, пятое. Передний танк, не рассчитав, с ходу врезался в горящий. Позади, на узкой дороге, сгрудились остальные.
Пока не очухались фрицы, надо действовать - решила я. Я только подумала, как из танков шквальный огонь обрушился на разведчиков. Я рванулась в сторону и тут же рухнула на землю.
Расстояние между мной и танками сократилось настолько, что бросить бутылку с зажигательной смесью точно в цель не составляло труда. Однако я медлила. И только потом я поняла, надо подползти в хвост колонны, чтобы подорвать сразу несколько вражеских машин. Взрывы последовали один за другим, и пламя охватило еще два.

Рекомендуем

Мы дрались на истребителях

ДВА БЕСТСЕЛЛЕРА ОДНИМ ТОМОМ. Уникальная возможность увидеть Великую Отечественную из кабины истребителя. Откровенные интервью "сталинских соколов" - и тех, кто принял боевое крещение в первые дни войны (их выжили единицы), и тех, кто пришел на смену павшим. Вся правда о грандиозных воздушных сражениях на советско-германском фронте, бесценные подробности боевой работы и фронтового быта наших асов, сломавших хребет Люфтваффе.
Сколько килограммов терял летчик в каждом боевом...

22 июня 1941 г. А было ли внезапное нападение?

Уникальная книжная коллекция "Память Победы. Люди, события, битвы", приуроченная к 75-летию Победы в Великой Отечественной войне, адресована молодому поколению и всем интересующимся славным прошлым нашей страны. Выпуски серии рассказывают о знаменитых полководцах, крупнейших сражениях и различных фактах и явлениях Великой Отечественной войны. В доступной и занимательной форме рассказывается о сложнейшем и героическом периоде в истории нашей страны. Уникальные фотографии, рисунки и инфо...

«Из адов ад». А мы с тобой, брат, из пехоты...

«Война – ад. А пехота – из адов ад. Ведь на расстрел же идешь все время! Первым идешь!» Именно о таких книгах говорят: написано кровью. Такое не прочитаешь ни в одном романе, не увидишь в кино. Это – настоящая «окопная правда» Великой Отечественной. Настолько откровенно, так исповедально, пронзительно и достоверно о войне могут рассказать лишь ветераны…

Воспоминания

Показать Ещё

Комментарии

comments powered by Disqus