Шилова (Новикова) Лидия Григорьевна

Опубликовано 28 ноября 2013 года

6795 0

Я родилась 28 ноября 1924 года в Арефинском районе Ярославской области. Отец был мастером на маслозаводе, мать трудилась в колхозе. У меня имелось пять братьев. Я окончила восемь классов, и тут 22 июня 1941 года по радио узнали о начале Великой Отечественной войны, мы, молодежь, думали, что немцев быстро разгромим, а получилось все наоборот: долго воевали. Мужчин начали сразу же призывать, три старших брата попали в армию.

В сентябре 1941-го пошла в девятый класс, но тут в наших лесах появились шайки дезертиров с фронта, и отец меня не отпустил в школу. Опасно стало. К концу года отца забрали, он погиб на фронте. Я работала счетоводом маслозавода. В мае 1943-го меня призвали в Красную Армию по комсомольскому набору. Прошла медкомиссию в райцентре, руки-ноги были на месте, признали годной к строевой.

Направили меня в Центральную Россию. Определили в 222-й стрелковый полк 49-й Рославльской Краснознаменной стрелковой дивизии. Стала санинструктором стрелковой роты. Только прибыла, и через неделю в бой пошли. Полк стоял в обороне, и в бой пошли. Много было раненых. И потом же немцы отступали, они же на машинах, а наша пехота топала пешком. Они быстро удирали. И при этом еще и отстреливать. Из-за больших маршей у солдат постоянно были мозоли на ногах. Это же не дома, где-то ноги вымыл и перевязал их. Иногда шагали по 50-60 километров в сутки. Во время боя вытаскивали раненых мужчины-санитары, в ямку утаскивали, а мы перевязывали. Всего на полк было четыре девушки-санинструктора, остальные мужчины. Работали на перевязке, пока есть раненые. Иногда валились с ног от усталости.

В 1944 году участвовала в освобождении Белоруссии и Литвы. Трудно пришлось, земля водянистая, окопы не выроешь. До сих пор сказывается: как-то заскочила в окоп, а там рыли и оставили камень в стенке. И правым боком об него сильно ударилась. В 1945 году участвовала в прорыве линии обороны противника южнее Варшавы. Форсировала Вислу и Одер. Штурмовали сильно укрепленный Франкфурт-на-Одере. В конце войны ликвидировала группировку противника в районе Берлина. 9 мая 1945 года мы встретили в лесу. Радовались страшно, как сказали, что победа, все стали обниматься и целовать, в воздух стреляли, из ракетниц салют давали. А потом организовали праздничный ужин. Ели то, что было. Пока шли до германии, кормили так себе, а дальше питались трофеями.

- Чем вы были вооружены на фронте?

- Дали нам винтовки, но мы поносили их, а потом забросили и носили только сумки санинструктора.

- Как относились в войсках к партии, Сталину?

- Сталина уважали. Всю войну была комсомолкой.

- Как поступали с пленными немцами?

- Кто единично попадал, могли и шлепнуть, а много отправляли в тыл.

- Как вас встречало мирное население в освобождаемых странах?

- Отлично. В германии были слухи, что и убивали солдат, а поляки хорошо, и в Прибалтике неплохо, случаев агрессии не видели. И о лесных братьях мы не слышали.

- Посылали ли посылки домой из Германии?

- Да, я послала платье и ткань для платья. Все дошло до родителей.

- Что было самым страшным на фронте?

- Наступление самое страшное. Убитых всегда много.

- Как мылись, стирались?

- Медики солдат специально проверяли, и прожарку одежды делали. А так вши были, правда, я никаких бумаг по этому поводу не вела. Некогда было. А в наступлении долго не мылись.

- Как кормили на фронте?

- На нашей территории не очень, а в Германии перешли на трофейный корм. Сами себя обеспечивали. Вот вкусная была американская ленд-лизовская тушенка.

- Молились ли в войсках?

- Ни разу не видела, чтобы раненые крестились.

- Наших убитых как хоронили?

- Где как придется. В братские могилы специальные похоронные команды собирали. При возможности и почести проводили, а то и так.

- Как к вам относились солдаты и офицеры?

- Очень хорошо, как к сестренке, я же молоденькая была. Наш ротный капитан Виноградов из Москвы был очень толковым командиром. Он долго ротой командовал, еще до моего прибытия.

- С замполитом сталкивались?

- Появлялся он иногда на передовой. Но редко. А особистов я ни разу не видела.

- Власовцев видели?

- Да, пришлось. Отправляли их в тыл.

- Что входило в сумку санинструктора?

- Бинты, вата, спирт для дезинфекции, йод, стрептоцид для обработки ран. Перебоев с медикаментами не было, на передовую всего вдоволь подвозили. Для них специально в штабе полка была повозка, запряженная парой лошадей, они прямо на передовую все привозили.

- Какие ранения были наиболее характерны на передовой?

- Смотря как попадется. Одному осколками попало и оба глаза выбило. Конечно, страшное дело. Он так переживал и все спрашивал: «Сестра, видеть-то я буду?» А что мне ему отвечать было, успокаивала, говорила: «Будешь, будешь!» А сам-то видела, что глаза все вытекли. Сталкивалась и с ранами от разрывных пуль, которые активно использовали немцы.

- Какие-то средства против вшей использовали?

- Нет, только прожарка одежды спасала.

После войны я демобилизовалась в 1945-м. Приехала домой, продолжила работать счетоводом на маслозаводе. Замуж вышла, родила ребенка. У меня в Евпатории два брата жили, и пригласили нас с мужем в с. Штормовое Сакского района Крыма. Дали квартиру в новостройке, стали здесь жить.

Интервью и лит.обработка:Ю.Трифонов


Читайте также

А мы в это время влетели в подвал. Там было много немцев из охраны, человек сто пятьдесят, наверное. Все они были в летнем обмундировании, на голове у солдат были пилотки, а у офицеров фуражки. У некоторых поверх головных уборов были повязаны пуховые платки, а на ногах, поверх сапог, были обуты еще одни сапоги из куги, чтобы ноги не...
Читать дальше

Первые разы я в обморок падала от увиденного: ты его держишь, а ему ногу отпиливают или разрезают до костей. А потом привыкла уже, потом мы даже и ели там, в перерыве, в операционной. Кусок хлеба в кармане халата лежит, так руки о халат от крови вытрешь, возьмешь этот хлеб, в рот его засунешь и жуешь. Во время перерыва врачи шли...
Читать дальше

Был лозунг: «Всё для фронта и всё для войны», но – видите, у нас какое правительство? В войне все участвовали. Не будь в тылу женщин и стариков – победы бы нам не видать. И не будь на фронте нас – это ведь мы… наверное, миллионы девушек было! Победы бы без нас тоже не видать. Зачем же нас призвали? Конечно, такие силы были потеряны...
Читать дальше

Самое главное, что мы обязаны были сделать – как можно раньше оказать помощь раненым. Поэтому полковой медпункт устраивали как можно ближе к передовой. Иногда он стоял всего в 400-500 метрах от поля боя, поэтому нас и бомбили и обстреливали, да еще как… Пулеметы строчат, осколки свистят… Иногда взрывной волной раненого...
Читать дальше

Мы смотрели друг на друга. Я опомнилась, сказала:. "Ком нахауз!" (пошли домой). Немцы ответили: "Ком наха-уз, Гитлер капут, капут." Я поднялась на бруствер, встала в рост, взяла платок белый в руки. Смотрю - они вылезают из окопа за мной

Читать дальше

Глубокие рваные раны от осколков бомб и снарядов приводили в ужас: на телах людей буквально не было живого места. И не меньшее душевное страдание мне - военной медсестре - доставляло то, что практически невозможно было уберечь раненых от повторного ранения под постоянными бомбежками и артобстрелами....
Читать дальше

comments powered by Disqus
Пехотинцы Пехотинцы Летно-технический состав Летно-технический состав Артиллеристы Артиллеристы Связисты Связисты Краснофлотцы Краснофлотцы Партизаны Партизаны Медики Медики Другие войска Другие войска Гражданские Гражданские Разведчики Разведчики Летчики-истребители Летчики-истребители Летчики-бомбардировщики Летчики-бомбардировщики Минометчики Минометчики Летчики-штурмовики Летчики-штурмовики Самоходчики Самоходчики ГМЧ («Катюши») ГМЧ («Катюши») Зенитчики Зенитчики Пулеметчики Пулеметчики Снайперы Снайперы Саперы Саперы Кавалеристы Кавалеристы НКВД и СМЕРШ НКВД и СМЕРШ Водители Водители Десантники Десантники Танкисты Танкисты