Лузанов Петр Учурович

Опубликовано 08 июля 2013 года

13256 0

Я родился в 1925 году. До войны я жил в колхозе, который находился в Дубовском районе, Ростовской области. Нас в семье было четверо детей – три сына и одна дочь. В 1937 году отца посадили, тогда же на кого донос напишут, того и сажают. Отца арестовали на работе, а потом привезли домой и при нем начали делать обыск. Все личные вещи его забрали. Я в семье самым старшим был, так отец подошел ко мне, поцеловал в щеку и говорит: «Меня заставляли, чтобы я отказался от вас, и в тюрьме женился на другой». Отец отказался и его расстреляли, только в 50-х годах реабилитировали.

Когда началась война, мы, молодежь, пошли в военкомат. Хотели, чтобы нас в армию отправили, мы же не знали что такое война. Но нас не взяли. Сказали, что мы по возрасту не подходим. «Пока что, – говорят, – работайте. А придет время – мы вас призовем».

В 1942 году, когда немцы подходили к нашей деревни, мы погнали колхозный скот на восток, чтобы он не достался немцам. Раз колхоз посылает – никто не отказывался, не имел права. Надо, значит, надо. Пошел я со скотом. Дошли мы где-то до Китинека – и у нас практически весь скот растащили. Его и гражданские отбирали, когда мы через деревни проходили, и военные брали сколько им надо. Так что у нас скота осталось всего с гулькин нос – даже десяти голов не было. Что делать? Из молодых я один был, остальные все колхозники были в возрасте, пожилые и они начали собираться домой, а наш район уже немцы заняли. Я говорю: «Ну как же домой? там же немцы? Что, к немцам пойдете?» «А куда же нам идти?» Я говорю: «Езжайте, а я не поеду домой. Не пойду навстречу немцам».

Узнал, что недалеко формируется какая-то воинская часть и пошел искать их штаб. Встретил нашего офицера с солдатами. Он меня расспросил кто я, откуда. Рассказал я ему свою судьбу и говорю: «Тут, говорят, воинская часть формируется, могу я в нее влиться как доброволец? Меня уже должны были призвать в армию, когда со скотом отправляли, сказали, что, как только я вернусь, меня призовут». Офицер говорит одному солдату: «Отведите его к Павловскому». Оказалось, Павловский был командиром формирующейся инженерно-минной роты. Приводят меня к нему, он на меня посмотрел, посадил за стол. Спросил сколько классов я окончил. Я говорю: «Перед войной окончил 7 классов». «Как учился?» «На отлично, даже ни одной четверки не было, все пятерки». «Давай проверим, говорит, как ты все усвоил, сначала устроим диктант». Посадил, начал диктовать. Страницу продиктовал, посмотрел и говорит: «Молодец. И почерк красивый, и ни одной ошибки нет». Так я начал служить в инженерно-минной роте 3-го гвардейского Сталинградского механизированного корпуса. Прошел с ним всю войну.

Лузанов Петр Учурович, великая отечественная война, Я помню, iremember, воспоминания, интервью, Герой Советского союза, ветеран, винтовка, ППШ, Максим, пулемет, немец, граната, окоп, траншея, ППД, Наган, колючая проволока, разведчик, снайпер, автоматчик, ПТР, противотанковое ружье, мина, снаряд, разрыв, выстрел, каска, поиск, пленный, миномет, орудие, ДП, Дегтярев, котелок, ложка, сорокопятка, Катюша, ГМЧ, топограф, телефон, радиостанция, реваноль, боекомплект, патрон, пехотинец, разведчик, артиллерист, медик, партизан, зенитчик, снайпер, краснофлотец

Бывший командир роты Павловский Степан Федорович

Сперва я был простым минером, а потом стал командира отделения. Мы минировали передовую линию, потом снимали эти мины. Кроме того, мы взрывали всевозможные объекты. Рассчитывали, сколько надо взрывчатки, там же не с потолка данные берешь, а все по специальному расчету. В инженерно-минной роте я пользовался большим авторитетом и уважением. Я был грамотным, хорошо учился в школе, на отлично знал физику и химию. Командир роты во мне души не чаял и все время брал в меня штаб, хотя адъютантом у него был другой солдат, но я был более грамотный, чем адъютант. Адъютант мне всегда говорил: «Лузанов, командир зовет». Я говорю: «Слушаю вас». «Собирайся, пойдем, я в штаб иду». «Так у вас же есть адъютант». «Собирайся, я тебе говорю». Я собираюсь, и мы с ним едем. Он говорит: «Когда я прихожу, командиры других подразделений, все время, спрашивают: «А где твой калмыченок, чего не взял его? С ним очень интересно беседовать». Я говорю: «Я хотел как раз заняться совсем другим, форму постирать, белье». «Потом это сделаешь. Или отдай старшине, я ему прикажу, пускай он стирает». Командир всегда меня с собой брал. Я говорю: «Степан Федорович, мне неудобно перед вашим адъютантом. Скажет, Лузанова берет, а меня не берет». «Ничего не скажет. Надо было хорошо учиться ему, а не обижаться». «Но он же адъютант, а не я. Независимо хорошо учился, плохо учился». «Я знаю сам, что я делаю».

Я участвовал в освобождении Белоруссии и Прибалтики, брал Кенигсберг.

После Кенигсберга наш корпус погрузили в эшелон и отправили на Дальний Восток. День и ночь шуруем. Мы тогда все удивлялись: «Куда? Зачем? Почему так торопимся? Война же кончилась», – мы про Японию совсем забыли. Потом нам объяснили – оказывается, наши решили рассчитаться с Японией, чтобы она не рыпалась

Прибыли на Дальний Восток, назначили день наступления. Перед наступлением, обычно, артиллерийская подготовка, так наши как шуранули из «катюш»… Несколько залпов дали, и японцы сразу белый флаг подняли, тут же капитулировали. Так война с Японией и кончилась, практически без войны.

Лузанов Петр Учурович, великая отечественная война, Я помню, iremember, воспоминания, интервью, Герой Советского союза, ветеран, винтовка, ППШ, Максим, пулемет, немец, граната, окоп, траншея, ППД, Наган, колючая проволока, разведчик, снайпер, автоматчик, ПТР, противотанковое ружье, мина, снаряд, разрыв, выстрел, каска, поиск, пленный, миномет, орудие, ДП, Дегтярев, котелок, ложка, сорокопятка, Катюша, ГМЧ, топограф, телефон, радиостанция, реваноль, боекомплект, патрон, пехотинец, разведчик, артиллерист, медик, партизан, зенитчик, снайпер, краснофлотецВойна-то кончилась, но я к этому времени потерял связь с семьей. Их выслали из Калмыкии, мать неграмотная, а братья и сестры были несовершеннолетние. Она не пишет, я тоже не пишу, откуда знаю, адреса нет. Но тут один фронтовик демобилизовался, и поехал в тот район, где мать после высылки проживала. Зашел к матери, чай попил и говорит: «А Петя пишет?» «Нет». «А вы пишете?» «Тоже нет». «А почему вы не пишете? Он же не знает ваш сибирский адрес». «Так мы тоже его адрес не знаем»,– у нас все время менялась полевая почта. Но он взял одно мое фронтовое письмо, и написал по адресу полевой почты небольшое письмо. Так я в 1947 году получил письмо от матери. К этому времени практически все мои ровесники уволились, я один остался. Приходит молодое пополнение и я, как старый солдат, занимался с ним. Офицерам это выгодно было. Я с ними молодыми занятия провожу, а сами офицеры по женщинам. Получил письмо, прихожу к командиру, он меня уважал. Говорю: «Товарищ капитан, я получил письмо от своих». «Нашел своих? Хорошо. Завтра утром ко мне подойдешь. Сейчас я в штаб иду, там совещание». На следующее утро я к нему прихожу, и командир меня попросил съездить в Ташкент, там забрать его семью, а потом я смогу уехать домой. Купил билет и поехал. А я в поезд ночью садился. Темно, света не было. Так я в товарный вагон залез, смотрю – один угол свободный, и пошел туда. Бросил сидор, сумку, сам рядом сел, а по углам какие-то неизвестные люди разговаривают. Когда поезд тронулся, ко мне какой-то пацан приполз, и давай щупать мои сумки и мешки. Я говорю: «Уйди от греха подальше, и передай, кто тебя послал, что я с фронта еду. Я вооружен и издеваться над собой я не позволю никому». Он отполз, и те замолкли, наверное, решили, что я действительно вооружен, видят же, что я в форме еду. И вот до самого дома, до станции Убинской, я в таком напряжении ехал.

Чуть-чуть начало светать приехал на станцию, вышел из вагона. Посидел немножко на вокзале и когда совсем светло стало, пошел в деревню Уибнская, она как раз с километр от станции была. Иду с вокзала, по дороге снег хрустит под ногами белый, чистый, и какие-то желтые пятна. Все запятнано. Оказывается, это степняки наши табак, который жуют и плюют. Я домой только зашел. Умылся, мать чай сварила, и тут мужчина заходит: «Это вы приехали?» «Я». «Вас комендант вызывает». «Какой комендант?» Оказывается, там, куда были высланы калмыки, были созданы специальные комендатуры, которые следили за спецпереселенцами. Я говорю посыльному: «Садись, чай попьем и потом пойдем». Он сел, чай со мной попил. Я говорю: «По 100 грамм не возражаешь?» «Я не буду, – говорит, – а тебе можно». Ну, если можно, я налил, выпил и пошел к коменданту. Прихожу, комендант в бумагу уткнулся, даже не смотрит на меня. Я стою перед ним, молчу, и он молчит. Потом говорю: «Вы вызывали меня или кто другой?» «Я вызывал». «А чего же вы молчите, ничего не спрашиваете?» «Когда надо, спросим». Дает мне понять, что я не солдат, а спецпереселенец. Расспросил он меня. Я ему говорю: «Я не насовсем приехал, я в командировку еду». «Какую командировку, куда?» «В Ташкент». «Никуда не поедешь». «Как никуда? Я не могу никуда не ехать, я везу пакет. Срочный, секретный и очень важный пакет везу от командования». «А где пакет?» «Я его сдал на почте, как меня учили в части». Показываю, справка почтового отделения, что принят на хранение пакет. Но, видимо, не просто пакет был, а какой-то литер важный. Он литер посмотрел и сразу говорит: «Вы тогда уезжайте быстрее, не задерживайтесь». Чувствуется, что задержать меня не может, не имеет права. Я говорю: «Уеду. Мне самому некогда, гулять здесь не собираюсь». Поговорил с ним, он был недоволен таким исходом. Он-то думал, что как король будет распоряжаться, как хочет… Так я поехал. Приехал в Ташкент, забрал там семью командира, побывал на рынке, набрал ведро сушеного винограда. Приехал в часть, привез семью командира – жену, и двоих детей, девочка и мальчик. Потом командир говорит, теперь можешь домой ехать. Я стал собираться ехать, а сын командира до того ко мне привык, что говорит: «Я с дядей Петей поеду». Как начал плакать, командир говорит: «Вот видишь, ты даже ребенку понравился». Я говорю: «Меня дети дома всегда уважали».

Лузанов Петр Учурович, великая отечественная война, Я помню, iremember, воспоминания, интервью, Герой Советского союза, ветеран, винтовка, ППШ, Максим, пулемет, немец, граната, окоп, траншея, ППД, Наган, колючая проволока, разведчик, снайпер, автоматчик, ПТР, противотанковое ружье, мина, снаряд, разрыв, выстрел, каска, поиск, пленный, миномет, орудие, ДП, Дегтярев, котелок, ложка, сорокопятка, Катюша, ГМЧ, топограф, телефон, радиостанция, реваноль, боекомплект, патрон, пехотинец, разведчик, артиллерист, медик, партизан, зенитчик, снайпер, краснофлотецКомандир меня поблагодарил, вызвал старшину и говорит: «Лузанов едет домой, приготовьте ему на дорогу по такому-то стандарту». Через полчаса приносят здоровый сидор, набитый под завязку. «Вот, на дорогу. Счастливо». Я даже не посмотрел что там в мешке. Домой когда приехал, пришел к матери с мешком. Мать спрашивает: «А что в мешке?» А я сам не знаю. Она открыла, а там и колбаса, и сметана в банках, и масло, печенье. Мать спрашивает: «Откуда?» «Мне командир на дорогу дал». Мы этим мешком целый год питались.

Я устроился работать заместителем главного бухгалтера треста Калмыкстрой. Потом стал заместителем управляющего треста по экономике. В 1957 году, одним из первых, вернулся в Калмыкию. Работал здесь. Получил звание «Заслуженный строитель РСФСР», «Почетный гражданин Калмыкии».

- Спасибо, Петр Учурович. Еще несколько вопросов. Село, в котором вы родились, оно русское было или калмыцкое?

- Там и русские, и калмыки жили.

- А школа была русская?

- Да. Учились мы на русском языке, но, кроме обычных предметов, у нас в школе еще преподавали калмыцкий язык.

- Дома на каком языке говорили?

- Дома вперемешку, на каком легче. Русский язык удобен тем, что по-русски – это одно слово, а по-калмыцки уже два.

- На фронте никаких межнациональных проблем не было?

- Нет. Нет, абсолютно. Меня уважали и командиры, и солдаты. Я по уровню образования был намного выше не только солдат, но даже отдельных офицеров. Они мне иногда говорили: Откуда ты все это знаешь?» Я говорю: «Как откуда? Это все из школьной программы».

- Чем вы были награждены за войну?

- Орден Красной Звезды, медаль За Отвагу, орден Отечественной войны. Все награды, которые положены рядовому солдату.

- Спасибо, Петр Учурович.

Интервью: А. Драбкин
Лит.обработка:Н. Аничкин


Читайте также

Или вот получаем мы приказ навести переправу, и первым делом надо строить «причал», но берег нередко оказывался заминированным. Те, кто понимал в немецких минах, те, кто успел на формировке закончить курсы саперов, погибли еще в 1942 году, и я всегда сам, в одиночку, шел на разминирование берега, никогда никого с собой не брал,...
Читать дальше

И вот 1-го или 2-го ноября мы начали строительство, ничего же нет, вода в Сиваше соленая, еще более соленая, чем везде, температура воды не больше 8-10 градусов, мы делали сваи и все для того, чтобы подготовить опоры моста, но ничего не получается, они уходят в Сиваш и все. Сколько не мучились, не получается, тогда пришла идея разобрать...
Читать дальше

Был и такой случай. Одному из взводов нашей части было приказано протянуть связь в один из пунктов, вот наши связисты начали орудовать, чтоб быстрее выполнить задание, вдруг увидели, что встречно им тянут связь немцы, а немцы увидели, что наши встречно им тянут. Прежде, те и другие, растерялись, а затем сообразили и быстро стали...
Читать дальше

В 1943 году меня командировали от батальона на военный завод в Москву. И вот, когда я находился в Москве, не устоял перед соблазном, решил отправиться добровольцем на фронт (я уже говорил, что меня помимо воли не отпускали непосредственно на линию фронта) вместе с московскими заводскими ребятами. Они были примерно в том же...
Читать дальше

А в мае месяце нас, целый батальон, отправили на разминирование в Сталинград. Вот там пришлось по-настоящему тяжело, потому что среди нас было очень много новичков и необстрелянных бойцов, к тому же приходилось обезвреживать немецкие мины с разными сюрпризами. Мы же не просто готовили новобранцев, а постоянно шли вслед за...
Читать дальше

Японцы не ожидали, что мы пройдем пустыню Гоби, и продвинемся так близко  к горам. Но все равно, когда мы подошли к Хинганскому хребту, перед  нами находились два стрелковых батальона, которые должны были штурмовать  японские укрепления. И враги им так врезали, что батальоны были  полностью разбиты. Мне на...
Читать дальше

comments powered by Disqus
Пехотинцы Пехотинцы Летно-технический состав Летно-технический состав Артиллеристы Артиллеристы Связисты Связисты Краснофлотцы Краснофлотцы Партизаны Партизаны Медики Медики Другие войска Другие войска Гражданские Гражданские Разведчики Разведчики Летчики-истребители Летчики-истребители Летчики-бомбардировщики Летчики-бомбардировщики Минометчики Минометчики Летчики-штурмовики Летчики-штурмовики Самоходчики Самоходчики ГМЧ («Катюши») ГМЧ («Катюши») Зенитчики Зенитчики Пулеметчики Пулеметчики Снайперы Снайперы Саперы Саперы Кавалеристы Кавалеристы НКВД и СМЕРШ НКВД и СМЕРШ Водители Водители Десантники Десантники Танкисты Танкисты